Ломка материальных ценностей что это

Самостоятельных материальных ценностей в природе не существует

В чём разница ценностей православия и протестантизма? Как соотносятся материальные потребности и духовные ценности? Снова, и снова, и снова об этом.

Сегодня все только и говорят о материальных ценностях. Материальные ценности считаются единственной реальностью, всё, что не относится к материальным ценностям, считается просто несущественным.

Поэтому вопрос, с которого я начну эту работу, большинству покажется абсурдным, и даже тем, кто признаёт, что есть ценности иного порядка — весьма удивительным. Вопрос этот — а есть ли они, эти материальные ценности?

Ну а как же. Кто из людей может не признавать роль материального достатка, материальных благ?

— А для чего всё это нужно? — не унимаюсь я.

— Для того, чтобы быть счастливым, чувствовать себя увереннее, — незамедлительно последует ответ.

Значит, у кого их больше, тот и счастлив, а у кого не очень много (не то, чтобы совсем нет — про монахов и отшельников мы пока говорить не будем, но не очень много), тот пропорционально менее счастлив? Уточняю: пропорционально — это значит, у кого мало, тот и не улыбнётся; у кого чуть больше, тот иногда доволен; у кого много, тот радуется; совсем много, сплошь веселится, ну а кто в списке первых миллиардеров, тот в постоянной эйфории без огорчений? Так?

Вот как быстро мы подошли к объективной очевидности отсутствия прямой и твёрдой взаимозависимости материальных благ и состояния радости. Но всё же что-то они значат? Эти материальные блага?

Ну а как же, хлеб насущный — он всё же нужен, и его отсутствие причиняет очень тяжёлые переживания, если это касается ближних — то просто горе.

То есть, если его нет — это горе, но если его с избытком? А вот тут-то радость и не гарантирована. Но всё же как-то влияет наличие материальных благ на радость, как в той поговорке, что не в деньгах счастье, а в их количестве?

Конечно, они могут помочь в реализации некоторых духовных потребности, причём от самых низких — например, возвеличить себя над другими, до высших — вложить деньги в строительство храма или во что-то удовлетворяющее эстетические потребности.

Кстати, а что доставляет неудовольствие при наличии большого количества материальных благ? Простой пример: приходит выросший в богатстве ребёнок в какой-нибудь кружок, секцию, и там выясняется, что денег у него больше, чем у всех, а способностей меньше, и с ним происходит шок.

И вот вам классический когнитивный диссонанс: с одной стороны, он ощущает себя лучше всех — богаче, а с другой, хуже — бездарнее. Отсюда и все легенды о «своих кругах» по денежному достатку, поскольку в них такой обиды не испытаешь, там кто если и умнее, так ведь и не беднее.

По сути, это простая психологическая защита методом вытеснения, описанная ещё Фрейдом: все, что находится за границами «нашего круга», нас не касается.

Можно ли избежать такого самоограничения? Можно, и примеры достойнейших меценатов свидетельствуют этому очень ярко. Пусть нет собственного таланта, но можно развить в себе понимание чужого и поддержать его.

Как написано у Андрея Деметьева?

Никогда, никогда ни о чем не жалейте —

Ни потерянных дней, ни сгоревшей любви.

Пусть другой гениально играет на флейте,

Но еще гениальнее слушали вы.

Итак, материальные блага существуют не как самостоятельные ценности, а как одна из возможностей удовлетворения духовных. Мне неслучайно пришлось так обстоятельно подходить к этому очевидному тезису, поскольку без этого дальнейший разговор не возможен.

А говорить мы сначала будем о якобы ориентированном на материальные ценности европейском (оно же «западное») обществе и возможности прихода этих ценностей в Россию. Главное же, что мы сейчас выявили, — это то, что никаких самодостаточных, самостоятельных материальных ценностей в природе не существует.

А какие ценности существуют среди европейских народов, на которых сильно повлияло протестантство? И чем они отличаются от тех ценностей, что несёт православие? Чтобы ответить на эти вопросы, нам следует определить через мирскую науку психологию, какой же мотив главенствует над всеми мотивами в деятельности человека, что заставляет совершать его те или иные поступки.

За годы существования науки о душе (психоло?гия: от др.-греч. ???? — «душа»; ????? — «учение»), в ней выработано достаточно большое количество мотивов человеческой деятельности, описаны их взаимодействия, но так или иначе, они все сводятся к тому, что можно охарактеризовать желанием человека считать себя хорошим. Под влиянием архетипов, а в большей степени их фрагментов, претендующих на самодостаточность, — стереотипов, — индивид приобретает представление о том, что даёт возможность человеку считать себя хорошим (правильным). Таким образом, формируется частично в сознании, но, в большей степени в бессознательном, «означающее» личности — та совокупность признаков, по которой человек либо будет считать себя хорошим, либо — нет.

И вот здесь можно увидеть, что и миллиардер, преследующий в личной жизни принцип чрезмерной роскоши, и аскет, не позволяющий себе не то, что материальных благ, но и самых простых удобств (комка сена под головой), исходят из одного и того же принципа — осуществить то, что позволит считать себя хорошим, правильным. Различие существует только во внешней форме реализации своей установки на право считать себя «хорошим». Один считает, что он — хороший, окружая себя все большими удобствами, другой — лишая себя их.

Сходны будут и невротические тревожные переживания миллиардера и аскета, с отличием только в знаке: один будет переживать, что позволяет себе слишком мало, другой, что слишком много. Здесь поясним, что такое психическое явление как невроз следует понимать как внутренний конфликт либо между желаниями, либо между желанием и страхом возможной неудачи его удовлетворения. Вот и будет один переживать, что не сможет позволить себе большего, другой, что не сможет лишить себя ещё чего-нибудь.

Таким образом, очевидно, что суть человеческой тревожности, того, что мешает человеку быть счастливым, заключается в невозможности обрести в материальном плане абсолютное подтверждение своей правильности (богачу всегда мало, аскету всегда много).

Отсюда и очевидно, что материальный уровень не является самостоятельным в ценностном плане, будучи не способным в завершённой степени удовлетворить потребность человека ощущать себя хорошим и правильным.

Поэтому, если человек полностью ориентирован на материальные блага, то у него возникает чувство тревожности вне зависимости от того, сколько он имеет. Эта тревожность выражается в том, что человек ощущает себя плохим, или хотя бы просто недостаточно хорошим.

Противостояние тревожности у индивида происходит по принципу одной (чаще всего упомянутой защиты «вытеснением») или сразу нескольких психологических защит. Вопреки встречавшимся мне в «популярной» психологии утверждениям, что психологические защиты приносят пользу для психики, должен сказать, что это не так. Это всё равно, что зашить рану, не очистив её от гноя. Или ещё проще — отвернуться в сторону, чтобы не видеть, что на тебя едет грузовик. Короче, попытка спрятаться от проблемы, вместо того, чтобы её решать.

Ещё одним примером такой защиты может служить защита «рационализацией-интеллектуализацией»: да кто я такой чтобы. да я из такой семьи, что. получить образование возможности не было, предкам моим и так было хорошо, значит и мне. и т.д.

Интеллектуализация здесь, конечно, очень неубедительная, да и рационализация тоже, но люди сами себе верят.

Другим примером такой защиты является «перенос» на другого, или просто обвинение окружающих в личных неудачах: да если бы не мои родители. дети. сотрудники. власть и т.п., то у меня бы всё получилось.

Специально не касаясь других религий, чтобы не погружаться в сравнительный анализ, обратим внимание, что христианство даже на мирском уровне направлено на то, чтобы вырвать человека из этого порочного круга, способного только усилить его тревожность, внутренние переживания. Несмотря на то, что принцип «быть хорошим» (стараться следовать заповедям, особенно первейшей из них: любви к Богу и друг другу) существует и в Христианстве, в нём он опирается на действия, которые человек может совершать в любых условиях вне зависимости от материального достатка. При этом порицается возвеличивание себя и через богатство, и через аскетизм (как, например, так поступали гностики в III-IV веках нашей эры).

Аскетизм допускался и допускается только как отказ от излишества, мешающего служению Богу — «Все мне позволительно, но не все полезно» (1-е Коринфянам: 12), как говорил апостол Павел; с другой стороны, излишний аскетизм может и помешать служению, поскольку доводит человека до полного истощения.

При этом в миру, в семейном быте, порицается и невынужденный (по недостатку средств) отказ от определённого необходимого комфорта для семьи, за исключением случаев особого благословения. Так, Серафим Саровский дал благословение своему семейному духовному чаду на добровольную бедность, но такие благословения даются не просто так.

При этом все обряды, вращающиеся вокруг церковных таинств, обозначенных самим Христом, целенаправленно помогают личности выйти из круга невротической тревожности.

Ещё раз напоминаю читателю, что мы сейчас пытаемся смотреть с позиций мирской науки, которая может всего лишь фиксировать вторичные явления (выход из тревожности) на великом пути Спасения, но и эти явления очень сильны. Те, кто общается в христианской среде, видит очень много спокойный лиц, среди тех, кто уже давно на пути воцерковления (идёт по нему, а не играет в него), но это спокойствие лишь вторичный эффект, а не самоцель. Но именно из-за этой силы и очевидной значимости для человека (а ведь само Спасение такой очевидностью не обладает), проявления спокойствия и выхода из тревожности, постепенно становились самодостаточными, что и аккумулировалось в протестантизме.

Для того чтобы увидеть, как это произошло, нам придётся максимально абстрагироваться от конкретного исторического процесса, детали которого легко могут поглотить исследователя.

Церковь, вмешиваясь в дела государства как общественная организация, всегда подвергается искушению властью. В некоторых случаях можно признать необходимость подобного вмешательства, но какие последствия это имеет для самой Церкви? «Политика — это наркотик», — сказал один политический деятель, честно призывая людей не верить заявлениям тех, кто радуется по СМИ своему уходу из политики. И избавиться от такого наркотического пристрастия, можно только через очень страшную ломку (отчасти такой ломкой для Церкви предстаёт и революция в России со всеми последствиями). Ну а если избавления не было, то желание влиять на людей очень быстро станет доминирующей идеей. Для утверждения, которой будет использован сакральный авторитет церковной организации, при этом собственно сама высшая мистическая роль церкви для людей станет использоваться только для подтверждения права Церкви вмешиваться в мирские дела. Самостоятельность священной церковной миссии будет утрачена.

В католицизме это выразилось в концепции папы римского как наместника Бога, с провозглашённой непогрешимостью в суждениях о церкви и её влияния в обществе.

Для ортодоксального христианства — православия — это было ересью, так как Бог не нуждается в наместниках.

Произошёл раскол, а, точнее, отход католической церкви от древнего учения. После этого на протяжении столетий мировоззрение населения западных стран формировалось в рамках опосредованной ответственности перед Богом, опосредованности через папу римского. А также в том, что смысл церковных обрядов сместился из положения направить человека на путь Спасения, в позицию подтверждения своего права на власть. Формализм превратился из вспомогательного стержня в самодостаточный императив, поскольку был удобен для церковной власти как светский закон, как утверждение права своего влияния (кто проводит религиозные обряды — у того и власть).

Протестантизм, выступая против подобного использования религии, не смог вернуться в ортодоксальное христианство, а, напротив, ушёл ещё дальше — по сути, отказав Богу в активной личности, заменив ее набором нравственных правил. Что превратило протестантизм в учение, подобное учению дохристианских римских стоиков, которые сводили человека к самому же человеку, вычленяя для него наиболее «правильные» принципы.

Превратившись в набор правил, религия протестантизма во главу угла поставила не подготовку к вечной жизни, а комфорт здесь и сейчас: хорошо работай и у тебя всё будет хорошо.

То есть ощущение себя хорошим, правильным в протестантской идеологии достигается через обретение комфорта в земной жизни. При этом давайте помнить, что ощущение — это сугубо психическое, душевное состояние, выражаемое в материальном мире по-разному.

[Уже после выхода книги «Не выпасть из Бытия», которую завершает эта статья, мне довелось разговаривать с людьми, которые часто бывают в протестантской Европе, в том числе были там и на новогодних праздниках, когда в Германии произошли массовые изнасилования женщин.Так вот от них я узнал, что люди, живущие в Европе, стараются об этом просто не думать по логике: мы этого не знаем — значит этого нет, а после о том же прочитал и в статьях на РНЛ, что таково же отношение и к войне и к проблеме миграции — глаза закрыли и как будто ни чего страшного.Разговор о ловушке для людей «Зоны комфорта» это отдельная огромная тема, здесь же я просто подчёркиваю, что именно ценность комфортности даёт людям протестантская церковь].

В ощущение комфорта входит справедливое вознаграждение за труд, точнее, всё то же ощущение справедливого вознаграждения за труд здесь и сейчас, а не в Царствии Божием, к поиску которого призывал Христос. При этом накладываются и определённые ограничения, поскольку чрезмерность вполне может вызвать определённый дискомфорт.

Движение (по-двиг) к Царствию Божьему, по сути , в такой системе полностью исключено, так как комфорт — это состояние определённой статики, во-первых, и расстановка всего по своим местам (а для этого надо, чтобы эти «места» были очевидны и рассудочно понятны), во-вторых.

Отсюда и появление общечеловеческих ценностей, поскольку иному (ценностям выше человеческих) просто не остаётся места, в том числе и ценности Спасения. Но происходил такой переход к очевидному комфорту на Западе достаточно последовательно, поступательно, на большо?м временном промежутке. Помаленьку-полегоньку, пока в западной церкви просто не осталось места для подвижников, для святых, для тех, кто является примером пути за иной, скрытой, от удобного мира, ценностью.

В России, несмотря на то, что в XIX — начале XX-го веках происходило окостенение церкви, предпосылки для прихода святых были, как были и сами святые, что говорит о самом духе церкви. Поэтому кризис безбожия, поразивший сначала среду интеллигентов, особенно тех, кто учился в Европейских странах, а к концу XIX начала XX проникший и в более широкие массы, в России прошёл именно как кризис, а не как поступательное погружение. И недаром сегодня революция и последующие годы многими воспринимаются как кара, за предательство Бога, Бога как личности.

Поэтому можно утверждать, что люди, которые сегодня «верят в душе» и не стараются углубить свою христианскую жизнь, делают это не потому, что придерживаются протестантских взглядов, а из-за бессознательного ощущения ответственности перед Богом, ответственности, которую они сами боятся признать.

В этом разница взглядов на религию в России, где религия — это воссоединение человека с Богом, и на Западе, где религия — это свод некоторых правил, соблюдение которых обеспечивает внутреннюю комфортность, защиту от психологической тревожности.

Возникает вопрос, благодаря чему православный может считать себя хорошим, если в святоотеческих приданиях сказано об умалении себя? Дело в том, что благодаря умалению здесь, во временном мире, человек создаёт себе сокровище на небе, о чём говорил и сам Христос и святые.

«У христиан есть одна корысть — спасение», — писал священник Даниил Сысоев.

Через удивительное волнение от ожидания встречи с Богом, человек успокаивается в отношении мирских переживаний. Умаление себя перед лицом Господа уменьшает и значение мирских временных ценностей, страсти по ним. Впрочем, страсть по мирским ценностям — это лишь попытка заменить ими духовный поиск. Поэтому, например, все страсти кипят не просто об автомобилях, а о брендовых марках, не просто об одежде, а об известных лейблах и т.д. Ведь бренд не материален, он имеет свой знак (который можно наклеить и на подделку), но главное — это его социальный авторитет, увеличивающий авторитет его владельца. Это всё выражается в материальном мире, но воздействие оказывает в психологическом плане, и суть этого воздействия — замена духовных ценностей, ценностью престижа, назовём её псевдо-духовной.

Но вся эта возня, страсть к брендам, маркам, лейблам, утверждение своего престижа, вполне понятна и очевидна, поэтому может присутствовать в комфортной модели жизни.

В российском же сознании понятие комфортности не является ключевой доминантой в отличие от западного мировоззрения. Главным является ощущение некоторого трансцендентного (выходящего за грань очевидного), мистического, духовного, сакрального значения своей деятельности. Правда, выражается (сублимируется или замещается) это иногда довольно странно.

Удивительно, но принцип потребности в трансцендентном (в духовном, божественном), стал во главу угла и для материалистического коммунизма в России, когда основным мотивом человеческой деятельности стал не жизненный комфорт, а некая высшая система правильных взглядов на человека и общество. А также пусть уже и не религиозный, но подвиг, подвиг в современном значении — напряжении всех своих сил и жертвенности.

Так как церковный кризис произошёл очень быстро, то не отменил бессознательной значимости духовного принятия людей друг другом — принципа любви в вере.

Это выразилось в том безусловном принятии вождей революции и их идей, которые очень быстро стали восприниматься не как политико-экономическая концепция, а как новая религия.

При этом, такая религия была новой лишь отчасти, её бессознательный трансцендентный принцип — всеобщей любви в Боге — остался, только Бог был заменён людьми и их идеями достижения светлого будущего.

Ещё раз: европейская правильность как духовный идеологический критерий (претворяя которую в жизнь человек сам себя считает хорошим) заключается в достижении удобства и комфорта, в России эта правильность реализуется в трансцендентном (переходящим за грань очевидного), во многом сакральном, действии.

Следует отметить, что ощущение комфортности, являясь, по сути, духовной ценностью, выражается в материалистическом плане намного проще, чем духовные ценности российского менталитета.

Это ярко проявляется в межличностных отношениях.

Неслучайно на Западе так быстро возникла психология мобинга и противостояния ему. Мобинг — подсиживание, «поедание» соперников — в коллективе разрушает такое желанное ощущение комфортности.

В России мобингу противостоит христианская стойкость, отношение как к испытанию, попущенному Богом.

И самое главное:

Если ценность комфорта очень просто выражается в материальном плане, то высшие трансцендентные (сакральные) ценности выразить очень сложно, поэтому попытка зациклить все ценности на материальном плане на бессознательном уровне в России воспринимается как подмена высокой сакральной ценности мистификацией, фокусом, обманом.

Поэтому, какой бы высокой ни была зарплата сотрудника, она всегда будет казаться ему недостаточной. Кажущийся недостаток денежного вознаграждения находится в духовной сфере, и заменить его прибавками к жалованию невозможно. Отсюда ощущение тревожности, неоцененности, «обманутости», которые не перекрыть никакими премиями.

В свою очередь, чувство, что работодатель обманывает, экономит на фонде оплаты труда (а раз нет возможности признать духовную потребность, то ощущение недостатка чего-то будет проецироваться только на зарплату), даже при самых высоких зарплатах, будет приводить к понижению производительности труда и даже к деструктивному поведению сотрудников (пьянство, саботаж и т.д.).

Причём на Западе такого произойти не могло бы, поскольку, во-первых, нет ощущения, что тебя обманули, а, во-вторых, участвовать в саботаже дискомфортно, за исключение очевидных случаев забастовок, направленных на повышение комфорта.

Тут нужно отметить, что наиболее деструктивным для коллектива будет человек с сильно задавленными, вытесненными трансцендентными ценностями, живущий под девизом: «Мне это не нужно», «Я пришёл только рубль заработать». Такой человек внесёт только диссонанс в работу коллектива.

Здесь же скрыта и потребность русских (сразу оговоримся, далеко не всех, да и не только русских) к чрезмерным загулам, тратам на развлечения, как попытке компенсировать отсутствие поиска духовных ценностей. Однако чрезмерное, переходящее через грань дозволенного, не может компенсировать трансцендентного — выводящего за грань наглядного и очевидного к духовному, поскольку находится в рамках материалистической ограниченности.

Сегодня очень громко звучат дебаты о низкой производительности труда в России, некоторые предлагают заставлять людей работать еще больше. Думаю, легко догадаться, что при этом те, кто это предлагает, уверены, что и они, и их дети, и их близкие будут среди тех, кто заставляет, а не среди тех, кого заставляют так-то трудиться (ох, не зарекались бы!).

Этот подход вызовет катастрофу, поскольку оказание сопротивления такому принуждению, намного ближе к удовлетворению, или сублимации мистических потребностей, чем подчинение им.

Есть известная притча о трёх людях, выполнявших одинаковую работу, но один из них считал, что просто выполнял тяжёлую работу, второй обеспечивал семью, а третий строил Храм.

В России нужно строить храм, только это ощущение выведет людей из ступора и позволит им раскрываться и реализовывать свои таланты на любом месте.

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА — УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции».

Смотрите так же:  Документы на получение разрешения на травматическое оружие

4.4 Товарно-материальные ценности

В соответствии с Международными стандартами бухгалтерского учета (IAS), что согласуется с российской системой бухгалтерского учета, товарно-материальными ценностями считаются активы, которые:

  • хранятся для перепродажи при нормальном ходе деятельности
  • находятся в процессе производства для дальнейшей продажи; или
  • существуют в форме материалов или запасов, которые будут потреблены в процессе производства или оказания услуг
  • Согласно вышеприведенному определению, товарно-материальные ценности подразделяются на три категории: сырье, незавершенное производство и готовая продукция. Сырье — это необработанные предметы, которые будут использованы в процессе производства, к незавершенному производству относятся товары, производство которых завершено частично, а готовая продукция — это законченные товары, готовые к продаже.

    Согласно IAS, товарно-материальные ценности, отражаемые в финансовой отчетности, как правило, классифицируются в соответствии с приведенными выше категориями («Сырье», «Незавершенное производство» и «Готовая продукция»). Российская система бухгалтерского учета определяет семь категорий товарно-материальных ценностей, отражаемых в балансе.

    Сюда относятся:

    • сырье и компоненты,
    • животные на выращивании и откорме,
    • малоценные и быстроизнашивающиеся предметы с учетом накопленного износа,
    • незавершенное производство,
    • готовая продукция,
    • товары для перепродажи,
    • и товары отгруженные.
    • Для целей IAS принятая в российском бухгалтерском учете классификация, за исключением товаров отгруженных, может быть сгруппирована по следующим категориям: сырье, незавершенное производство и готовая продукция. Товары отгруженные следует исключить из классификации товарно-материальных ценностей для целей IAS, поскольку эта категория будет учитываться как дебиторская задолженность в соответствии с учетом по методу начислений. Более подробную информацию можно найти в разделах «Дебиторская задолженность» или «Реализация» настоящего пособия.

      2. Различия между IAS и российскими стандартами бухгалтерского учета

      Перечисленные ниже различия разделены в соответствии с 3 категориями товарно-материальных ценностей: сырьем, незавершенным производством и готовой продукцией. Внутри этих трех категорий различия между IAS и российской системой бухгалтерского учета проявляются в классификации малоценных и быстроизнашивающихся предметов, процедурах учета при смене отчетных периодов, учете неотфактурованных поставок, оценке предметов по наименьшему из себестоимости и чистой цены возможной реализации, оценке незавершенного производства и готовой продукции с учетом производственных затрат и использовании различных систем учета себестоимости, а также распределения накладных расходов.

      2.1. Сырье и материалы — Классификация малоценных и быстроизнашивающихся предметов

      Согласно российской системе бухгалтерского учета, отражаемые в учете товарно-материальные ценности, стоимость которых не превышает определенной величины (устанавливаемой Министерством Финансов), и срок полезной службы которых не превышает одного года, определяются как «малоценные и быстроизнашивающиеся предметы». Согласно требованиям российской системы бухгалтерского учета, износ по малоценным и быстроизнашивающимся предметам начисляется также в течение срока полезной службы этих активов.

      Различие, существующее между IAS и российской системой бухгалтерского учета в отношении товарно-материальных ценностей, определяемых как малоценные и быстроизнашивающиеся предметы, заключается в том, что часть таких предметов предназначена не для продажи, а представляет собой запасные части и детали, используемые при ремонте и обслуживании производственного оборудования предприятия. Для целей IAS такие объекты товарно-материальных ценностей, которые не предназначены для продажи, должны быть классифицированы либо как товарно-материальные ценности, либо как основные средства, в зависимости от их стоимости и сроков полезной службы. Если стоимость МБП незначительна, а срок полезного использования непродолжителен (менее 1 года), такие МБП могут быть отнесены к товарно-материальным ценностям, и будут отнесены на затраты по мере списания в производство. Если стоимость имущества значительная, а предполагаемый срок службы превышает один год, такое имущество следует классифицировать как основные средства, и износ по нему должен начисляться в соответствии со сроком службы. Примером такого имущества являются используемые при литье пресс-формы, а также запасные части к оборудованию.

      2.2. Сырье и материалы — Неотфактурованные поставки

      Неотфактурованные поставки являются обычной практикой для средних и крупных российских компаний. Причина таких поставок заключается в плохом взаимодействии между поставщиком и заказчиком, недостаточным контролем за подтверждением поставок и прихода, а также в технических трудностях, связанных с процессом транспортировки.

      Несмотря на то, что в западных компаниях также происходят случаи приема товаров без достаточной подтверждающей документации, здесь чаще всего имеются процедуры внутреннего контроля, достаточные для оприходования и учета полученных товаров, которые позволяют решить эту проблему. Как правило, компания своевременно идентифицирует товары, полученные без счета-фактуры или коносамента. Таким образом выявляется незадокументированный приход и определяется соответствующая цена приобретения.

      Результатом таких поставок является искажение остатков товарно-материальных ценностей, кредиторской задолженности или реализации активов. Не зная истинной стоимости полученных товаров, компания сама вынуждена оценивать их стоимость. Часто отсутствие документации на российских предприятиях затрудняет процесс учета еще и потому, что существуют требования относительно наличия адекватной документации. Зачастую российские компании стремятся не отражать в учете суммы активов, если у них нет на руках документов, при помощи которых можно было бы подтвердить тот или иной остаток.

      Несмотря на то, что согласно IAS товарно-материальные ценности следует учитывать по цене приобретения, это во многих случаях не подходит для российских предприятий. Следовательно, в тех случаях, когда имеется неотфактурованный товар, и невозможно связаться с поставщиком, чтобы определить правильную цену приобретения, российскому предприятию следует учитывать такие поступления либо по нормативной цене, либо по цене аналогичных товаров. Нормативная цена, либо цена на аналогичные товары должна быть сопоставима с ценой приобретенных товаров.

      2.3. Оценка товарно-материальных ценностей по чистой цене возможной реализации

      Согласно IAS товарно-материальные ценности следует учитывать по наименьшему из себестоимости и чистой цены возможной реализации. Чистая цена реализации представляет собой предполагаемую цену реализации в процессе нормальной деятельности, за вычетом предполагаемой стоимости завершения и предполагаемых затрат по продаже.

      Товарно-материальные ценности учитываются по чистой цене возможной реализации, когда предполагается, что себестоимость таких предметов возместить не удастся. Может оказаться, что возместить себестоимость товарно-материальных ценностей будет невозможно в том случае, если такие товарно-материальные ценности были испорчены, или они полностью (или частично) устарели, или если цены на них упали. Кроме того, может оказаться, что возместить себестоимость товарно-материальных ценностей будет невозможно, в том случае, если увеличиваются предполагаемые затраты на завершение, или предполагаемые издержки по продаже. Практика списания товарно-материальных ценностей до чистой цены возможной реализации согласуется с теорией, согласно которой активы не следует учитывать по стоимости сверх той, которую, как ожидается, можно выручить от их продажи или использования.

      Списание товарно-материальных ценностей до чистой цены возможной реализации, как правило, осуществляется на индивидуальной основе. В то же время, в некоторых случаях может оказаться целесообразным сгруппировать аналогичные или взаимосвязанные виды запасов.

      Если обстоятельства, ранее приведшие к тому, что товарно-материальные ценности были списаны до чистой цены возможной реализации, перестают существовать, сумма списания сторнируется таким образом, чтобы новая стоимость представляла собой наименьшее из себестоимости и пересмотренной чистой цены возможной реализации.

      Все суммы списания товарно-материальных ценностей до чистой цены возможной реализации, а также все убытки по товарно-материальным ценностям следует отражать как затраты периода, в котором было проведено такое списание, либо имели место такие убытки.

      Согласно «Положению о бухгалтерском учете и отчетности в Российской Федерации» допускается частичное или полное списание устаревших или испорченных предметов. Многие российские предприятия так и не сделали такое списание частью своей практики из-за неоправданно жесткого подхода налоговой инспекции. Налоговые органы зачастую оспаривают законность уценки товарно-материальных ценностей и требуют специального учета уцененных товарно-материальных ценностей, а также требуют принятия персональной ответственности за отраженные в балансе суммы уценки товарно-материальных ценностей и связанные с ними убытки, отраженные в отчете о прибылях и убытках.

      Методики определения себестоимости товарно-материальных ценностей, такие как метод учета по стандартным ценам, можно использовать по собственному усмотрению в том случае, если результаты их близки к реальной себестоимости. При расчете с использованием стандартных цен принимается во внимание средний уровень потребления материалов и запасов, труда и ресурсов. Они регулярно пересматриваются и, при необходимости, изменяются с учетом текущих условий.

      2.4 Незавершенное производство и готовая продукция — оценка, основанная на производственных издержках

      Издержки производства — это затраты, понесенные в связи с приобретением товарно-материальных ценностей (ТМЦ) для перепродажи, или с их производством. Согласно IAS, издержки промышленного предприятия, связанные с производством, — это такие затраты, которые связаны с продукцией и включаются в оценку незавершенного производства и готовой продукции; затем они включаются в себестоимость реализованной продукции при расчете результата от реализации.

      Расходы отчетного периода — это такие издержки, которые не включаются в оценку товарно-материальных ценностей и, следовательно, рассматриваются как расходы того периода, в течение которого они были произведены. Таким образом, периодические издержки не включаются в запасы.

      В российской системе учета также имеется концепция издержек производства и периодических издержек, но отсутствуют принципы их практического применения при оценке незавершенного производства и готовой продукции.

      Согласно IAS, незавершенное производство и готовая продукция включают в себя все производственные издержки. Издержки производства включают три компонента затрат: прямые материальные затраты, прямые трудовые затраты и накладные производственные расходы.

      Прямые материальные затраты имеют три характеристики: (1) они включаются в себестоимость готовой продукции, (2) они используются исключительно для производства продукции, (3) между ними и продукцией существует четкая и легко прослеживаемая связь. Некоторые материалы могут образовывать часть готовой продукции, но установление связи между такими материалами и продукцией может чрезвычайно дорогостоящим и трудоемким делом. По этой причине такие материалы учитываются как непрямые материальные затраты, и включаются в состав накладных производственных расходов.

      Прямые трудовые затраты включают трудозатраты всех работников, непосредственно участвующих в процессе переработки материалов в готовую продукцию. Как и в случае с прямыми материальными затратами, прямые затраты на оплату труда по выпуску производственной продукции включают только трудозатраты, непосредственно связанные с такой продукцией. Косвенные трудозатраты состоят из стоимости услуг, которые принципиально или практически невозможно соотнести с производимой продукцией, и которые включаются в накладные производственные расходы.

      Накладные производственные расходы включают все производственные расходы, за исключением тех, которые учитываются как прямые материальные затраты и прямые трудозатраты. Накладные производственные расходы представляют собой расходы, которые необходимо произвести, но которые принципиально или практически невозможно соотнести с конкретными единицами произведенной продукции.

      Согласно Положению «О бухгалтерском учете и отчетности в Российской Федерации» незавершенное производство в массовом и серийном производстве может отражаться в балансе по нормативной (плановой) производственной себестоимости или по прямым статьям расходов, а также по стоимости сырья, материалов и полуфабрикатов. В соответствии с этим Положением, российские предприятия не получают конкретных указаний касательно отражения незавершенного производства и готовой продукции по всем статьям производственных затрат (включая прямые и косвенные производственные расходы), и по поводу исключения периодических затрат.

      Кроме того, согласно российским нормативам, в стоимость готовой продукции обычно включается определенная часть периодических издержек.

      Такие издержки необходимо исключать из себестоимости готовой продукции и относить их на расходы соответствующего периода.

      2.5. Оценка товарно-материальных ценностей — варианты учета себестоимости

      Внутри систем учета себестоимости, используемых предприятиями, идентификация затрат, связанных с процессом производства, основывается либо на учете фактических затрат, либо на учете нормативных затрат. При учете фактических затрат, в системе собираются данные по фактическим затратам материалов, труда и накладным производственным расходам, в то время как при учете по методу нормативных затрат, система собирает как фактические, так и нормативные затраты по этим элементам производства. Нормативные затраты вводятся в систему учета для того, чтобы определить стандартную, или «нормативную», себестоимость готовой продукции. Затраты, фактически произведенные в течение периода, затем сравниваются с нормативными значениями для облегчения процесса принятия решений руководством и определения того, осуществляется ли должный контроль за производственными издержками.

      Нормативная себестоимость — это тщательно выверенная величина затрат, действующая при определенных условиях. Существует множество способов расчета нормативов, но реальную ценность представляют собой только те, которые являются не просто расчетами, основанными на экстраполяции тенденций предыдущих периодов. Как правило, для определения количества материалов, труда и других услуг, необходимых для производства продукции, предпринимаются технологические и производственные исследования. При установке стандартов необходимо также учитывать общие экономические условия, поскольку такие условия влияют на себестоимость материалов и других услуг, которые предприятию приходится закупать.

      В конце учетного периода отклонения от нормы должны быть отражены в учете. Такие отклонения можно (1) рассматривать как убытки, возникшие по причине низкой эффективности, и списать на себестоимость реализованной продукции, или (2) распределить корректирующими проводками на себестоимость незавершенного производства или готовой продукции. Альтернатива, избираемая руководством для списания отклонений, должна зависеть от того, насколько установленные нормативы являются разумно выполнимыми, и осуществляется ли контроль за отклонениями со стороны сотрудников предприятия.

      Сложности, с которыми сталкиваются российские предприятия, применяющие систему учета нормативных затрат, заключаются в экономических условиях, результатом воздействия которых являются постоянно меняющиеся нормативы и несвоевременный учет отклонений. Поскольку из-за инфляции цены стремительно меняются, устанавливаемые предприятиями нормативы зачастую бывают неточными. Если в системе учета затрат применяются неправильные нормативы, в учете возникают значительные отклонения, которые необходимо распределять. Поскольку наиболее вероятным источником возникновения отклонений являются меняющиеся цены, отклонения следует относить на стоимость запасов (незавершенное производство и готовая продукция), и себестоимость реализованной продукции.

      Такое распределение часто отражается несвоевременно, в результате чего искажаются остатки товарно-материальных ценностей и себестоимость реализованной продукции.

      Ниже приводятся примерные процедуры, которые могут применяться предприятием при установлении нормативов по трем элементам затрат: прямые материальные затраты, прямые трудозатраты и накладные расходы.

      1.Определение материалов, необходимых для производства продукции

      Технологи должны определить допустимое количество материалов, необходимых для производства продукции. Спецификации должны быть подкреплены результатами количественных замеров и хронометража, предпринятых в целях определения количества материалов, труда и других услуг, необходимых для производства продукции. Допустимое количество материала должно включать допустимые потери, такие, как отходы при штамповке. В зависимости от природы отходов, их можно перерабатывать, направляя на снижение количества материалов, потребляемых при производстве продукции.

      2.Установление нормативных цен на материалы

      Это должно быть обязанностью отдела снабжения. Нормативные цены на материалы должны базироваться на обоснованных прогнозах средних цен на следующий учетный период. В отдельных случаях, когда цены на отдельные материалы неустойчивы, может оказаться необходимым пересматривать установленные значения чаще, чем один раз в течение периода.

      3.Определение нормативной себестоимости материалов

      Нормативная себестоимость материалов определяется умножением нормативного (допустимого) количества на нормативную цену материала. В тех случаях, когда используются также переработанные отходы, отдел снабжения должен применять также нормативную себестоимость переработки отходов.

      4.Определение допустимого времени осуществления операций

      Допустимое время осуществления операций можно определить на основании проводимого хронометража и соответствующих нормативных таблиц, принятых в данной отрасли.

      5.Определение нормативных трудовых расценок в зависимости от характера операции

      Определение категорий сложности различных производственных процессов основывается на различных факторах и их значимости для выполняемой работы. Такие категории сложности предоставляют основу для определения нормативных трудозатрат, которые, как и нормативы по материалам, остаются неизменными в течение учетного периода.

      6.Установление нормативной величины накладных расходов

      Эта величина предварительно устанавливается делением предусмотренных в бюджете накладных производственных расходов на стандартные показатели выпуска продукции.

      При расчете величины накладных расходов (основанной на расчетной годовой величине накладных расходов и стандартных показателях выпуска продукции) российские предприятия, мощности которых превышают реальные потребности производства, как правило, включают все фактически понесенные накладные расходы в издержки производства.

      Во всех случаях, когда фактические издержки или накладные расходы отличаются от расчетов, использованных для определения нормативной величины, возникнут отклонения при возмещении накладных расходов. Обычно любые отклонения отражаются как издержки учетного периода. Многие российские предприятия включают такие отклонения в себестоимость реализованной продукции, а не в издержки учетного периода.

      3. Потребности в информации

      Следующая информация и процедуры помогут при подготовке финансовой отчетности в соответствии с IAS:

      • Необходимо разделить все издержки, понесенные предприятием, на производственные издержки и периодические издержки. Возможно, предприятиям понадобится открыть субсчета, чтобы следовать классификации IAS, не меняя существующих правил российского учета.
      • Необходимо проводить ежеквартальные инвентаризации, причем контролировать такое проведение должны сотрудники, не несущие непосредственной ответственности за физическую сохранность товарно-материальных ценностей. В ходе инвентаризации необходимо выявлять те ценности, которые оказались повреждены, полностью или частично устарели, или продажные цены на которые снизились.
      • Необходимо подготовить анализ счета 16 «Отклонения в стоимости материалов», содержащий следующую информацию:
      • Начальное, подтвержденное аудиторами, сальдо на этом счете должно быть равно нулю
      • Движение по счету в течение периода
      • Конечное сальдо
      • Для каждой крупной операции по счету определить, возникли ли отклонения по причине:
        • неадекватного норматива
        • сверхнормативного брака или расхода материалов
        • В случае неадекватного норматива следует пересмотреть норматив и отнести отклонения на счета запасов
        • В любом другом случае отклонения должны быть списаны на счет прибыли и убытков (издержки данного периода)

        4. Устранение различий

        Следующий пример демонстрирует разделение производственных издержек и периодических издержек, а также распределение отклонений:

        4.1 Перерасчет незавершенного производства

        В силу имеющихся различий между IAS и российской системой учета в части оценки незавершенного производства и готовой продукции, необходимо провести перераспределение части накладных расходов для включения их в незавершенное производство, с тем чтобы привести в соответствие с IAS.

        Для перерасчета незавершенного производства необходимо сделать следующее:

        1. Остаток по незавершенному производству должен включать в себя часть издержек, отражаемых согласно российскому бухгалтерскому учету как косвенные затраты. Например, заработная плата работников склада обычно классифицируется как накладные производственные расходы, в то время как зарплата начальника цеха относится на издержки отчетного периода. Затем та же процедура применяется в отношении счета 26 «Общехозяйственные расходы» и счета 43 «Коммерческие расходы».
        2. На различных стадиях производственного процесса продукт находится на разных уровнях завершенности. Следовательно, не все расходы по переработке, т.е. трудозатраты и накладные расходы, потребляются в производственном процессе, и незавершенное производство обычно включает только часть таких расходов. Предприятие определяет моменты, в которые производятся такие расходы, в зависимости от технологии производства. «Карты технологического процесса», обычно применяющиеся на российских предприятиях, позволяют установить такую степень потребления расходов по переработке. Если такие карты не используются, руководству следует использовать аналогичные документы, или обоснованные расчеты.
        3. По мере того, как продукция проходит различные стадии производственного процесса, стоимость незавершенного производства растет, например, стоимость незавершенного производства на стадии конечной обработки может быть вдвое больше стоимости незавершенного производства на начальной стадии. Для того, чтобы обеспечить сопоставимость стоимости незавершенного производства для целей включения в себестоимость реализованной продукции и запасы, все незавершенное производство пересчитывается с применением эквивалентных единиц. Эквивалентная единица — это искусственная единица измерения, позволяющая преобразовать незавершенное производство в однородные единицы готовой продукции, эквивалентные по суммам потребленных расходов по переработке.

        Предположим, что в производстве утюгов существуют две производственные стадии: литье и сборка. Остаток по незавершенному производству на начало учетного периода отсутствует. Запущено в производство было 900,000 утюгов, а в остатке по незавершенному производству показаны 150,000 утюгов в стадии литья. Для простоты предполагается, что все материалы были отпущены в производство перед началом первой стадии, 50,000 единиц завершены на 100 % в отношении трудозатрат и на 80 % — в отношении накладных расходов, оставшиеся 100.000 утюгов завершены на 50 % в отношении трудозатрат, и на 40 % — в отношении накладных расходов. Общая стоимость сырья составляет 9 млрд. руб., трудозатраты в течение данного периода составили 3 млрд. руб., накладные производственные расходы составили 3 млрд. руб.

        В отношении прямых материальных затрат, включенных в незавершенное производство, количество эквивалентных единиц составляет:

        Ценности жизни и культуры современной молодежи (социологическое исследование)

        Система ценностей человека является «фундаментом» его отношения к миру. Ценности — это относительно устойчивое, социально обусловленное избирательное отношение человека к совокупности материальных и духовных общественных благ.

        «Ценности, — писал В.П. Тугаринов, — это то, что нужно людям для удовлетворения потребностей и интересов, а также идеи и их побуждения в качестве нормы, цели и идеала» 1 .

        Ценностный мир каждого человека необъятен. Однако существуют некие «сквозные» ценности, которые являются практически стержневыми в любой сфере деятельности. К ним можно отнести трудолюбие, образованность, доброту, воспитанность, честность, порядочность, терпимость, человечность. Именно падение значимости этих ценностей в тот или иной период истории всегда вызывает в нормальном обществе серьезное беспокойство.

        В.П. Тугаринов писал, что в литературе, посвященной классификации ценностей, существует их деление «на ценности жизни и культуры. Различие между жизнью и культурой очевидно. Жизнь человеку дана природой, культура же создается людьми. Ценности культуры делятся… на материальные и духовные. Именно разработка теории ценностей жизни позволит ответить на многие вопросы воспитательного характера: о смысле жизни, ее подлинных и ложных ценностях, о жизненном оптимизме, в чем состоит действительное счастье человека и т.д.» 2 .

        На переломном этапе развития российского общества, когда жизнь чрезвычайно сложна и динамична, важно зафиксировать и понять ценности, которыми руководствуются молодые люди и которые во многом определяют обыденное сознание и повседневные представления о настоящем и будущем вступающих в жизнь поколений.

        Очень важен для социологического исследования ценностного мира современной молодежи и исторический подход, анализ жизненных планов и установок, которыми руководствовались предшествующие поколения.

        В каком отношении находятся эти ценности сегодня? Какие ценности разрушаются, а какие остаются? Как происходят и насколько предопределены эти процессы? Означает ли это, что рушится мир ценностей вообще, [41]
        или речь идет о временных явлениях? Ради чего живут сегодня молодые люди в России?

        Ответам на эти и другие вопросы посвящен наш исследовательский проект «Динамика ценностных ориентаций молодежи Росси ХХ века». Предметная сфера исследований была ограничена в первую очередь так называемыми фундаментальными ценностями, их отношением ко всем сферам человеческой жизнедеятельности, которые в условиях «ломки ценностей», их переоценки остаются все же наиболее стабильными.

        При этом основная часть изменений относилась к сферам семьи, образования и культуры, где эти фундаментальные ценности человеческого сознания присутствуют в наибольшей степени и являются, на наш взгляд, наиболее стабильными в условиях происходящих изменений.

        Исследование ставит задачу, предполагая выявить:

      • состав наиболее распространенных в сознании молодежи фундаментальных ценностей;
      • иерархию этих ценностей (их положение на шкале более или менее значимых) в массовом сознании;
      • структурные характеристики (природу, качество, отнесенность к различным типам) этих ценностей;
      • динамические характеристики (способность к изменениям) ценностного мира будущих специалистов.

      По завершении обработки полевой информации на ЭВМ в исследовании предполагалось получить:

      • во-первых, линейное распределение всех ответов на вопросы анкет по массивам опрошенных в целом, а также по отдельным группам и регионам;
      • во-вторых, состав и иерархию наиболее распространенных в сознании молодежи фундаментальных ценностей;
      • в-третьих, выявить роль семьи в общей структуре ценностных ориентаций молодежи, ее терминальную и инструментальную ценность, особенности брачно-семейных установок и ценностей, характерных для молодежи, выделенных по полу, возрасту, и образованию;
      • в-четвертых, выявить роль образования в формировании ценностей респондентов;
      • в-пятых, замерить динамические характеристики ценностного мира молодежи разных десятилетий.
      • Социологические исследования проблем молодежи в современной России опираются на громадный исторический опыт, накопленный в 60-70-е годы.

        В социологических исследованиях недопустим разрыв между теорией и эмпирией, необходим учет целого комплекса обстоятельств, особенностей ценностных ориентаций и образа жизни молодежи.
        [42]

        Авторы на протяжении нескольких десятилетий анализируют социологическую, психологическую, экономическую и педагогическую литературу, материалы исследований проблем формирования идеалов, жизненных планов и ценностных установок молодежи, проведенных с начала ХХ в. до наших дней, проводят выборочные массовые опросы. Участники проекта стараются представить достоверную картину ценностей жизни и культуры современной жизни молодежи, вскрыть истоки экстремизма, привлечь внимание к необходимости вдумчивого решения социальных проблем молодежи, показать, что на долю молодого поколения выпала основная тяжесть краха несбывшихся надежд предыдущих поколений. Именно молодым предстоит жить и работать в XXI в. и исправлять ошибки старших поколений.

        Авторами были разработаны и проверены сравнительные программы и методики изучения ценностных ориентаций молодежи, проведены в период с 1963 по 1999 гг. сравнительные исследования ценностного мира молодых поколений. Авторы уделяют особое внимание изучению объективного состояния ценностного мира молодого поколения, исторической преемственности поколений, идеалов, интересов и жизненных планов.

        В исследовании проблем молодежи ученые порой шли от «должного» и «сверху заданного». В результате объектом исследования становились не реальные молодые люди с их плюсами и минусами, а «абстрактное молодое поколение». В то же время исследования социологов предыдущих лет, сотни диспутов шестидесятых-восьмидесятых годов, проведенные с участием автора, представляют большой интерес для анализа изменений в структуре и ценностных ориентациях молодежи 3 .

        Сегодня можно с полным основанием говорить о борьбе ценностей в массовом сознании и в жизни общества. Сегодня рушатся ценности, которые еще вчера казались стабильными, т.к. исчезают социальные гарантии, растут экономические катаклизмы 4 .

        Современное подрастающее поколение проходит свое становление в очень сложных условиях ломки многих старых ценностей и формирования новых социальных отношений. Отсюда растерянность и пессимизм, неверие в себя и общество.

        Одни живут в прошлом, слушая рассказы старших о «прекрасном времени, когда якобы успешно решались все проблемы».

        Другие, наоборот, агрессивно ведут себя по отношению ко всем нововведениям, критикуют «все и вся», занимаются поисками «врагов», на которых можно было бы свалить причины всех бед.

        Третьи, отчаявшись, уходят в «никуда», становятся на преступный путь, превращаются в алкоголиков и наркоманов.
        [43]

        Четвертые ищут «путь к богу», вступают в различные секты, увлекаются мистикой и колдовством.

        Пятые, понимая, что только с помощью собственной активности можно добиться успеха в жизни, объективно оценивают новые реалии, ищут пути решения возникающих проблем.

        Серьезная наука должна разрушать эмпирическим путем ту сферу догм и предрассудков, которые существуют в обществе, показывать реальное положение дел, ни в коем случае не идеализировать действительность. К сожалению, некоторые социологи утрачивают необходимую для честной науки объективность и критичность, «не замечают» существующих острейших социальных проблем, без тени смущения доказывают, что большинство молодых людей успешно приспособилось к жизни в условиях рыночной экономики, не замечают массовой безработицы, неудержимого роста преступности, пьянства и наркомании, проституции и суицида.

        Сегодня образование стало фактором укрепления социального неравенства. Дети «власть имущих» и богатых имеют возможность попасть в узкую группу, которая в будущем получит доступ к рычагам власти в экономике и политике 5 .

        В последние годы в России появились многие возможности финансового самоутверждения личности, где не требуется высокий уровень образования, но платят большие деньги. Для части молодых людей эти пути достаточно привлекательны, хотя они не ведут к настоящему успеху, а усиливают ощущение духовной пустоты и бессмысленности жизни, временности всего происходящего. В.П. Тугаринов писал: «Цель отличается от потребности и от интереса. Без потребностей и интересов не было бы ценностей, но потребности и интересы сами по себе ценностями не являются. Голод и жажда — вовсе не ценности, это — страдания. Ценностями оказываются хлеб и вода, т.е. вещества, которые удовлетворяют, погашают эти страдания» 6 .

        Современная молодежь России проходит свое становление в очень сложных условиях ломки многих старых ценностей и формирования новых социальных отношений. Отсюда растерянность и пессимизм, неверие в будущее. Растут агрессивность и экстремизм, шовинизм и криминальность.

        Анализ показывает, что в условиях общесоциального кризиса, который мы переживаем сегодня, и семья, и образование тоже находятся в кризисном состоянии. По-прежнему велико число разводов, брошенных детей и стариков, детей, убегающих из дома, нередки жестокость по отношению к детям и старикам, — все это признаки социального нездоровья семьи. В области образования — отрицательное отношение к школе и детей, и родителей, бесчисленные конфликты с учителями, деградация педагогической [44]
        профессии (масса примеров профессиональной несостоятельности преподавателей), падение престижа образования, низкий уровень подготовки специалистов в вузах и т.д. — это также картина кризиса 7 .

        Однако кризис какого-либо явления отнюдь не равнозначен падению или исчезновению его социальной ценности. Наоборот, активная общественная критика может означать наличие ценностного конфликта в этой области, т.е. «чувства отклонения от идеала», несоответствия общественной потребности и наличию имеющихся обстоятельств. Одновременно это может означать смену ориентаций в данной области, а вместе с ней переосмысления и даже укрепления ценности данного явления.

        Так, например, в ситуациях социальных преобразований, когда разрушаются многие виды и формы социальных отношений, семья неожиданно начинает быть особо привлекательным местом — островком спокойствия, отдыха, личностной цельности, поэтому ценность ее может возрастать. Этому парадоксально способствуют даже экономические трудности — необходимость выживания консолидирует усилия в семье. Ранние браки приобретают не только спонтанный характер. Часто молодые люди сознательно стремятся к созданию семьи, чтобы укрыться там от фрустрирующего воздействия общественных процессов. В области образования все большую популярность приобретают нетрадиционные виды обучения. Многие люди не смущаются и даже стремятся к платным формам учебных заведений предпочтительно делового, профессионального характера. Отрицая официальные учебные заведения, они связывают свои надежды с иными формами образования, так как понимают его как средство выживания в новых условиях, максимально безболезненного перехода к новому образу жизни.

        Анализ духовных ценностей и социальных процессов является приоритетной задачей социологии. Ибо по системе ценностей можно судить о культуре, гуманистическом потенциале, перспективах развития общества, о том, какие перемены ожидаются.

        Философская рефлексия нормативно-ценностной ориентации общественного сознания несомненно оказывает влияние на развитие аксиологической традиции социологии. Мировоззренческие, политические, нравственные правовые и художественно-эстетические ценностные ориентации детерминируют социальный статус и социальное самочувствие современной молодежи.

        Проблема ценностных ориентаций в научной литературе Текст научной статьи по специальности « Психология»

        Аннотация научной статьи по психологии, автор научной работы — Федосова Ирина Валерьяновна

        Похожие темы научных работ по психологии , автор научной работы — Федосова Ирина Валерьяновна,

        The problem of axiological orientations in science literature

        Axiological orientations are one of the most important characteristics of the personality, it’s central and dominant component, which determines relatively stable selective attitude of a person to social realm and exercises significant influence on the choice of behavior pattern. Problem of values and axiological orientations was always important for the society, especially in it’s critical moments of evolution. Strengthening the dynamics of social contradictions exacerbates questions of axiological-notional self-determination of the now-generation of citizens. The extra signification acquires the problem of searching true values and axiological-informatory engineering of the educational system.

        Текст научной работы на тему «Проблема ценностных ориентаций в научной литературе»

        Проблема ценностных ориентаций в научной литературе

        Ценностные ориентации являются одной из важнейших характеристик личности, центральным и доминирующим ее компонентом, определяющим относительно устойчивое избирательное отношение субъекта к окружающей действительности и оказывающим значительное влияние на выбор формы поведения. Проблема ценностей и ценностных ориентаций всегда была актуальной для общества, особенно в переломные моменты его развития. Усиление динамики социальных противоречий обостряет вопросы ценностно-смыслового самоопределения современного поколения граждан. Особую значимость приобретает проблема поиска истинных ценностей и ценностно-содержательного проектирования системы образования.

        Ключевые слова: ценности, общечеловеческие ценности, интериоризация — экстериоризация ценностей, ценностные ориентации, система ценностей, ценностно-ориентационная деятельность, ценностные противоречия, ценностно-смысловое самоопределение, аксиология.

        Глобальный кризис, возникший в России и охвативший все стороны ее жизнедеятельности, закономерно привел к актуализации в сознании российского общества проблем образования как одного из условий выживания и прогрессивного развития страны в ХХ! веке. Осознание роли образования и необходимости его обновления в современной социокультурной ситуации обусловлено рядом факторов: социально-экономическим и духовным обнищанием общества, что привело к стратификации населения страны; изменением «ценностного настроя» общества, проявляющегося в значительной переоценке нравственных основ жизни, трансформации жизненных ценностей; затуханием воспитывающей функции школы; поисками адекватных моделей ценностей и разработками на их основе воспитательных концепций и программ. Под воздействием данных факторов возникают глу-

        © Федосова И.В., 2009

        бокие социальные противоречия, влияющие на становление ценностных ориентаций личности: между общечеловеческими ценностями и ценностями современного общества; ценностями общества и существующей системой образования; ценностями образования и личностными ценностями и др.

        Испытывая «шок от настоящего» (А.Г. Асмолов), человек стремится выработать в себе и принять такие ценности, жизненные ориентиры, которые позволили бы ему найти свое место в различных системах взаимодействия и самоопределиться. В таких условиях особенно трудно приходится молодому поколению с его еще не устоявшимся нравственным опытом, мировоззрением, подвижной системой ценностей. Обостряется противоречие между формирующейся личностью и новым обществом. Особо значимыми становятся вопросы ориентации школьников и молодежи в окружающем мире объективных ценностей, в себе самом, своих возможностях, событиях прошлого, настоящего, в построении образа будущего и своей жизненной перспективы.

        Ценностные ориентации являются особым содержательным ценностно-смысловым измерением, которое характеризует субъекта как личность. «Человек утверждает, защищает, реализует в поступках, в межличностных отношениях, в делах свою духовность, нравственность, ценности истины, справедливости, добра. Эти функции, включающие реальное преобразование мира, адаптацию к нему, совладание с трудностями, самосознание, рефлексивные «операции», выполняет субъект в ходе жизнедеятельности» [3, 41]. С высшими ценностными, нравственными, этическими характеристиками, сознательностью связывают понятие личности Б.Г. Ананьев, Г.М. Бреслав, В.В. Давыдов, С.Л. Рубинштейн и др.

        С позиций субъектно-деятельностного подхода ценностные ориентации рассматриваются в контексте становления субъекта как личности, неразрывной связи деятельности с «действующим лицом» (К.А. Абульханова-Славская, А.В. Брушлинский, А.Н. Леонтьев, С.Л. Рубинштейн). Ценностно-ориентационная деятельность, понимаемая как осознание, преобразование, совершенствование окружающего мира, выступает в качестве одного из главных способов познания и освоения субъективной реальности. В процессе ее субъект реализует «своеобразные движения» (Л.И. Анциферова) своего внутреннего мира, проявляет субъектно-ценностное отношение к окружающей действительности, что подтверждает принцип единства сознания и деятельности в развитии личности, сформулированный С.Л. Рубинштейном в онтологической концепции человека в мире [28].

        Согласно культурно-исторической теории Л.С. Выготского [9], психические функции развиваются в ходе опосредованного обще-

        нием освоения индивидом ценностей культуры. Присвоение общественно-исторического опыта происходит в процессе перехода совместных внешних действий во внутренний план субъекта. На основе преобразования внутренних структур человеческой психики осуществляется внешняя социальная деятельность (экстериоризация).

        Окружающая действительность не становится ценностно-смысловым содержанием личности, если не принята сознанием и не «пропущена» через ее внутренний мир. «Человек как субъект не есть простая калька или слепок с общественных условий своего существования. Реально он всегда предстает как уникальность и неповторимость, и притом не только как природная, но и как психологическая и духовная уникальность» [30, 143]. Таким образом, ценностные ориентации личности складываются в процессе взаимодействия социокультурных, внешних условий (ценностное содержание среды) и индивидуально-личностных особенностей (возрастных, типологических, социально-психологических).

        Основное содержание социокультурной среды составляют ценности. Понятие «ценность» — не только одно из наиболее употребляемых в области гуманитарного знания, но и имеющее методологическое значение для исследования психолого-педагогических проблем образования. Этимологический анализ понятия «ценность» позволил выявить его исходное значение — «ценное», значит, положительное. Ценность — объект разнообразных человеческих устремлений и желаний [25]. В научный оборот данное понятие введено И. Кантом при противоположении сферы нравственности (свободы) и сферы природы (необходимости). В «Критике практического разума» Кант показал различие представлений о должном, о ценностях и нормах, с одной стороны, и представлений о сущем, мире вещей, того, что есть, с другой стороны [16, 261].

        Накопленные знания в области ценностных устремлений личности привели к выделению в философии в конце XIX — начале ХХ века особой отрасли — аксиологии, которая исследует природу ценностей, их место в реальной действительности, структуру ценностного мира, рассматривает взаимосвязи различных ценностей между собой, их отражение в структуре личности. В течение многих лет становления и развития аксиологической науки сложились различные взгляды на сущность, природу, структуру, функции ценностей.

        В литературе, освещающей проблему ценностей в историческом аспекте, выделяется два подхода к определению этого понятия: объективистский и субъективистский. Одни авторы выносят ценности за пределы субъективности, другие видят источник и причину ценностей в субъекте. В рамках каждого подхода сложились определенные понятия.

        С объективистских позиций понятие «ценность» определяется как:

        • потусторонняя сущность вне пространства и времени — объективно-идеалистические теории (А. Бергсон, В. Виндельбанд, Г Коген, Н. Лосский, Ж. Маритен, К. Раннер, Г Риккерт и др.);

        • специфические проявления общественных отношений и нормативно-оценочной стороны общественного сознания — материалистические теории (С.Ф. Анисимов, Л.М. Архангельский, Л.П. Буева, ЮА. Замошкин, А.Г. Здравомыслов, М.С. Каган, В.Н. Са-гатовский, В.П. Тугаринов и др.).

        Среди авторов, придерживающихся субъективистского подхода, также существуют различные определения понятия «ценность», как:

        • явление сознания, субъективного отношения человека к оцениваемым им объектам — субъективно-идеалистические теории (А. Айер, Ф. Карнап, Ч. Стивенсон и др.);

        • выражение естественных потребностей человека или законов природы в целом — натуралистические теории (А. Мас-лоу, Г Олпорт, Д. Паркер, Р.Б. Перри, Г Спенсер, П. Тейяр де Шарден и др.);

        • смысловые универсалии, сложившиеся в результате обобщения типичных ситуаций, с которыми обществу или человечеству пришлось сталкиваться в истории — экзистенциально-гуманистическая парадигма (С. Кьеркегор, Ф. Ницше, П. Флоренский, В. Франкл, Э. Фром, К. Ясперс и др.).

        Особую позицию занимают некоторые ученые (О.Г. Дробницкий,

        А.С. Залесский, М.Н. Карпенко и др.), пытающиеся найти компромисс между первым и вторым подходами к определению понятия «ценность». Для них ценность является предметной формой проявления социального отношения. Авторы выделяют два рода ценностей: предметные, которые выступают как объектно-направленные потребности, и ценности сознания, или ценностные представления. Первые есть объекты наших оценок, а вторые выступают в качестве высших критериев для таких оценок [13, 168].

        В настоящее время теория ценностей переживает свое возрождение в связи с новыми социальными, научно-техническими реалиями действительности. Общее направление развития современной аксиологии обозначено утверждением приоритета общечеловеческого и гуманистического начал в контексте различных культур. Все большую роль в содержании мироощущения, мировоззрения новых поколений начинают играть категории мира, жизни человека, жизнетворчества. Сейчас, как никогда, ощущается необходимость междисциплинарного синтеза знаний о человеке, который в свою очередь должен опираться на обновленную философскую картину мира, на общечеловеческие ценности (Б.С. Гершунский, ОС. Газман, БС. Круглов, Р. Шейерман и др.).

        Социальный диапазон и общенаучная природа ценностей, потребность в интеграции знаний о человеке активизируют поиски ученых в определении научного статуса, роли и содержания ценностей в социокультурных условиях начала третьего тысячелетия. Одни авторы стоят на позиции возвращения к историческим духовно-нравственным истокам; другие, освободившись от всякой идеологии, отрицают необходимость ценностей и руководствуются лишь получением удовольствия и жаждой наживы; третьи находятся в состоянии активного поиска новых духовных идеалов.

        Такая неоднозначность во мнениях объясняется возрождением личностного смысла ценностей, усилением их экзистенциальной значимости для субъекта (К.А. Абульханова-Славская, Л.И. Анциферова, И.А. Джидарьян, В.Н. Дружинин, А.А. Кроник и др.). Так, анализируя ценности и ценностные ориентации личности с гуманистических позиций, А.М. Булынин, В.С. Костелов, Н.Г. Ратанова, Р.М. Рогова и другие определяют фундаментальные ценности как категории, освоение которых является одним из средств сохранения преемственности между поколениями, интеллектуального освоения проблем культуры, а также способом самовоспитания, саморазвития и самоопределения личности, принятия ею ценностных решений.

        На основе анализа современной научной литературы П.С. Гуревич [10] приходит к выводу, что в настоящее время ценность ассоциируется с субъективным образом или представлением, имеющим человеческое измерение; синонимизируется с культурно-историческими стандартами; отождествляется с типом «достойного поведения», с конкретным жизненным стилем человека, «психологическим вариантом» его жизни (В.Н. Дружинин); выступает как новая идея — индивидуальный или социальный ориентир. Он полагает, что «ценность — это личностно окрашенное отношение к миру, возникающее не только на основе знания и информации, но и собственного жизненного опыта человека» [10, 287]. Ценность воплощает в себе отношение к формам человеческого бытия, человеческого существования. Она как бы стягивает все духовное многообразие к разуму, чувствам и воле человека. В таком понимании ценность есть не только «осознанное», но и жизненно, экзистенциально прочувствованное бытие. Она характеризует человеческое измерение общественного сознания, поскольку пропущена через личность, через ее внутренний мир.

        С личностных позиций рассматривают понятие «ценность» С.С. Бубнова, Н.Г. Ратанова, В.С. Собкин, Н.Е. Щуркова и др. По мнению Л.А. Степашко, ценность есть «отношение к миру, другим людям, самому себе, в котором всегда присутствует оценка объекта, проявляются избирательность, предпочтения по сравнению с други-

        ми объектами. Тем самым объекты приобретают такие свойства, которыми не обладают, которыми их наделяет субъект» [32, 26].

        Сложная природа ценностей приводит к различным их классификациям. Одна из важнейших причин создания типологии ценностей, как отмечает А.М. Булынин [7], — это возможность конструирования «послушных» ценностных систем, отвечающих интересам тех или иных общественных групп. В. Брожик утверждает, что «любая иерархизация ценностей, любая их типология является выражением вполне определенного, исторически достигнутого состояния общества. Помимо этого она выражает уровень развития оценочных средств и норм общества» [6, 28]. Среди существующих ценностных классификаций можно выделить содержательные и иерархические типологии.

        Содержательные классификационные системы ценностей подразделяются на основе их социальной и личностной значимости. В отечественной науке социальное основание явилось основополагающим для большинства известных типологий ценностей: предмет естественный и социальный (О.Г. Дробницкий); материальные, социально-политические и духовные ценности (В.П. Тугаринов); духовные, интеллектуальные, социальные ценности (В.С. Соловьев); ценности-нормы и ценности-объекты (В.Л. Оссовский) и другие.

        В зарубежных ценностных классификационных системах утверждается личностная значимость ценностей, их роль в самоутверждении и самореализации человека. Среди таких типологий можно отметить системы ценностей В. Брожика, Ф. Патаки, М. Ро-кича, В. Франкла, Э. Фрома, Ш. Шварца. Например, В. Франкл [34] определяет три группы ценностей, делающих жизнь людей осмысленной: ценности творчества (что мы даем жизни), ценности переживания (что мы берем от мира) и ценности отношения (позиция человека по отношению к судьбе). Типология ценностей Э. Фрома заключается в дилемме «иметь или быть». «Быть» — значит максимально раскрыть свои внутренние возможности во внешнем мире путем деяний. Самоактуализация, самораскрытие предполагают успех, признание и, в конечном счете, возможность «иметь» [14].

        М. Рокич [27] выделяет два класса ценностей:

        • терминальные — убеждения в том, что какая-то конечная цель индивидуального существования стоит того, чтобы к ней стремиться;

        • инструментальные — убеждения в том, что какой-то образ действий или свойство личности является предпочтительным в любой ситуации.

        Близкой типологии М. Рокича является классификация ценностей болгарского исследователя В. Момова [19], который полагает, что

        можно типологизировать ценности как существующие или налично актуальные, и как целевые или мысленно желаемые, возможные.

        Наиболее многоаспектной является типология ценностей словацкого ученого В. Брожика [6]. Он попытался определить различные виды ценностей в зависимости от возможных оснований классификации:

        • материальные и духовные (по значимости для человека);

        • действительные и воображаемые или возможно «концептуальные» ценности (по степени реальности их существования);

        • первичные, вторичные, третичные ценности (в зависимости от их происхождения и характера выполняемых функций в обществе);

        • априорные и апостериорные ценности (исходя из генезиса потребностей);

        • прошлые, нынешние и будущие ценности (с временной точки зрения);

        • финальные и инструментальные ценности (цели и средства их достижения);

        • утилитарные, эстетические, правовые, религиозные и другие (по содержанию).

        Особое место в типологии ценностей занимают классификации, в которых авторы стремятся установить определенную иерархию ценностей. Так, в «эпоху воспитания классовых ценностей» общепринятой считалась классификационная система, предложенная С.Ф. Анисимовым [2, 23]:

        • высшие ценности — человечество и человек;

        • ценности материальной жизни — природные ресурсы, орудия и продукты труда, необходимые для существования человечества и его воспроизводства;

        • ценности социальной жизни — семья, нация, класс, государство, различные общественные образования, возникающие в ходе прогрессивного развития человечества, общественные институты, необходимые для жизнедеятельности общества;

        • ценности духовной жизни и культуры — научные знания, философские, нравственные, эстетические и другие представления, идеи, нормы и идеалы, призванные удовлетворять духовные потребности людей.

        С.Ф. Анисимов подчеркивает, что данная классификация представляет собой своеобразную иерархию ценностей, где каждая из них по отношению к вышестоящей играет роль средства или условия. Следует отметить, что автор акцентирует внимание на социальной природе и общественной сущности человека, игнорируя при этом его индивидуальность. Еще древние философы говорили, что

        человек рождается дважды: один раз физически, второй — духовно. Второе рождение — процесс сложный, мучительный и длительный. По этому поводу Н.А. Бердяев писал: «Этически нужно признать, что духовная жизнь и ее ценности стоят иерархически выше социальной жизни и ее ценностей» [4, 276].

        Доминирование социальной значимости ценностей в отечественной науке вполне объяснимо. Личностные классификационные системы ценностей не могли возникнуть в обществе, ставящем общественные интересы, интересы государства выше интересов личности. А также в обществе, в котором не было глубокого расслоения граждан по имущественному признаку.

        Несмотря на наличие различных классификаций ценностей, большинство исследователей сходны в выделении общечеловеческих ценностей в особую группу как приоритетных (Л. Барроуз, М.В. Богуславский, С.С. Бубнова, Л.В. Гирфанова, В.П. Зинченко, Р. Шейерман и другие). Надо отметить, что идея общечеловеческих ценностей вошла в наше общественное сознание как противостоящая идеям, основанным на классовых интересах. Однако общечеловеческие ценности противостоят не самим по себе классовым интересам и ценностям, а той идейной установке, которая считает их высшими, иногда единственными. «Общечеловеческие духовно-нравственные ориентиры, — отмечает Т.А. Флоренская, — испытаны многовековым опытом человечества и подтверждаются опытом душевной жизни каждого человека, у которого жива совесть. » [33, 5].

        Некоторые святыни сопровождают историю человеческого рода от самых истоков. Без них человечество не было бы тем, чем оно является. Эти ценности сохраняют в себе статус общечеловеческого. Э.Н. Гусинский определяет их как «выстраданные ценности, которые все члены общества чувствуют, отстаивают и признают, даже когда нарушают (преступают)» [12, 92]. Святость жизни, достоинство свободы, величие любви, лучезарность истины, немеркнущий свет красоты, неиссякаемый исток добра. К святыням человеческого рода относится, например, сократовское триединство Истины, Добра и Красоты. Эти абсолюты составляют достояние всего человечества. Общечеловеческие ценности предполагают, прежде всего, осмысление единства человеческого рода. «Нет таких святынь, которые почитались бы во все времена. Однако есть такие абсолюты, которые значимы для всего человеческого рода, без них единство человечества не было бы столь тотальным», — считает П.С. Гуревич [11, 140].

        В современном обществе нет полного консенсуса во мнениях о том, что же является высшими ценностями и общечеловеческими идеалами. Более того, мы не можем сегодня предвидеть те ценнос-

        ти общества, которые будут актуальны завтра. Вместе с тем большинство авторов, занимающихся изучением содержания общечеловеческих ценностей, утверждают, что обществом во все времена принимаются как непреходящие общечеловеческие ценности: человек, истина, доброта, гармония, здоровье, справедливость, любовь к ближнему, правдивость и искренность, самообладание и другие (Ш.А. Амонашвили, Н.Д. Никандров, З.И. Равкин, НС. Розов, Л.Н. Столо-вич, З.К. Шнекендорф и др.).

        Изучение содержательного аспекта общечеловеческих ценностей позволило построить классификационную модель, отражающую состав ценностей и взаимосвязь между ними (рис. 1).

        Духовные ценности — это эстетические и этические взгляды, нравственные принципы и установки человека. К ним относятся: добро, благородство, справедливость, честь, достоинство и как высшее проявление духовности — гуманизм отношений к людям и между ними.

        Материальные ценности — природные богатства (земля, ее недра, леса и реки, весь природный мир), орудия труда, предметы производства человека (дома, дворцы и др.), произведения искусства. Материальные ценности становятся общечеловеческими, если охраняются, воссоздаются и приумножаются людьми в интересах нынешних и будущих поколений.

        Духовные и материальные ценности взаимосвязаны. Например, под влиянием природы у человека возникают эстетические и нравственные чувства, осмысливается отношение к духовным ценностям. Создавая предметы производства, произведения искусства,

        социальные предметы производства человека

        нравственные природные богатства

        этические орудия труда

        эстетические произведения искусства

        Рис. 1. Классификационная модель ценностей

        люди выражают в них свое отношение к миру, исходя из духовных ценностей. В то же время созданные материальные ценности влияют на формирование духовных ценностей всех людей.

        Общечеловеческие ценности — особые ценностные категории, выработанные веками в истории человечества и признаваемые им как всеобщие. Они вбирают в себя духовные и материальные ценности общечеловеческого значения.

        Анализ философской, психолого-педагогической литературы позволяет сделать вывод о фундаментальности общечеловеческих ценностей, которая, по мнению М.Р. Роговой, определяется стремлением людей сохранить человечество, обеспечить условия для жизни, развития, счастья детей [26], а также об их объективно-субъективном характере. Ценности не привнесены в общественное сознание извне и не являются застывшей и неизменной категорией. Возникновение общечеловеческих ценностей может быть объяснено на основе культурно-исторической концепции психического развития человека Л.С. Выготского. Согласно его концепции, общечеловеческие ценности возникают на том или ином этапе исторического развития человечества в ходе его коллективной деятельности, отражая насущную необходимость социально-экономического развития общества, с одной стороны, и внутриличностную потребность — с другой. Ценность, формируясь в той или иной сфере коллективного сознания как его конечная цель, как положительный полюс ценностного пространства каждой из этих сфер, становится общечеловеческой. &ав неотъемлемой частью коллективного сознания, она может ин-териоризироваться индивидуальным сознанием. В этом процессе «никакой жесткой и единообразной прописи развития никому не дано. Однако каждому человеческому массиву дана почетная и тяжкая свобода найти, исходя из собственных предпосылок, собственную уникальную связь с общечеловеческими векторами духовности, рациональности и социального милосердия. А уж каковы конкретные формы этой связи и сколь прочны эти формы — особый вопрос» [24, 102].

        Проходя через призму индивидуальной жизнедеятельности, через внутренний мир индивида (его интересы, стремления, склонности), интериоризированные общечеловеческие ценности включаются в психологическую структуру личности в форме личностных ценностей, являясь одним из источников мотивации ее поведения. Таким образом, общечеловеческие ценности приобретают личностно обусловленную характеристику.

        Система личностных ценностей складывается в процессе деятельного определения субъектом содержания общественных ценностей, объективированных в произведениях материальной и ду-

        ховной культуры. Личностными ценностями становятся те смыслы общечеловеческих ценностей, по отношению к которым субъект самоопределился. Каждому человеку присуща индивидуальная специфическая иерархия личностных ценностей, которые служат связующим звеном между духовной культурой общества и духовным миром личности, между общественным и индивидуальным сознанием.

        В процессе создания личностной системы ценностей субъект познает, признает или не признает (Б.И. Додонов), оценивает ценности и выбирает из них значимые для себя. В процессе установления значимости общечеловеческих ценностей человек подвергает их ценность оценке, то есть осознает степень их соответствия своим потребностям и возможность их удовлетворения в сложившейся ситуации. Ценность и оценка выражают практическое взаимодействие субъекта и объекта. Именно при таком взаимодействии рождается оценочное суждение как субъективное установление ценности. На основании знания о характере оценки и ее объекта, считает А.М. Булынин, можно сделать выводы о личностных ценностях субъекта [7, 29].

        В результате оценки общечеловеческой ценности происходит ее выбор. Выбор ценностей представляет собой сознательное предпочтение личностью определенных предметов, свойств, форм деятельности, поведения и отказ от других аналогичных явлений. Эти предпочтения, становясь определяющими факторами индивидуального существования, проявляются во всех сферах человеческой жизнедеятельности. В процессе выбора ценностей решающую роль играют познание ценностей и возникновение в человеке чувства тождества с ними («мои ценности»). На основе личностного самопознания осуществляется осознание и признание ценностей в качестве своих. Оценивание ценностей, установление их значимости для личности совершается на основе самооценки. Механизмы самоконтроля задействованы при выборе ценностей и сознательном их освоении в практической деятельности.

        Осваиваемые в практической деятельности личностно принятые ценности отражаются в сознании человека в форме ценностных ориентаций и служат важным фактором социальной регуляции взаимоотношений людей и поведения субъекта. Здесь мы можем говорить о «личностных ценностях как интериоризованных в структуру личности в форме ценностных ориентаций социальных идеалах, нормах, установках, социокультурных традициях и человеческом опыте» [18].

        Таким образом, под интериоризацией-экстериоризацией ценностей понимается такая форма усвоения ценностей субъектом, при которой их содержание не только становится известным, но и органически встраивается в механизмы управления личностью своим мышлением,

        чувствами, действиями. Формой выражения таких механизмов в поведении человека становятся его ценностные ориентации [20].

        Понятие и термин «ценностные ориентации» появилось в зарубежной науке в 40-х годах прошлого столетия, позднее — в отечественной социологии (в начале 60-х годов) и определялось как содержание социального уровня направленности личности, связанное со значимыми для нее оценками действительности: «Ценностная ориентация личности — это установка личности на те или иные социальные ценности, т. е. предпочтительное отношение к определенной группе их, например, установка на труд, учебу, общественную работу, семью, заработок и т. д.» [31, 508]. Однако в таком виде представление о ценностных ориентациях утверждало приоритет социальных ценностей, исключая при этом их личностную значимость.

        Большой вклад в изучение и разработку теории ценностных ориентаций личности внесли Б.Г. Ананьев, А.Н. Леонтьев, В.Н. Мя-сищев, С.Л. Рубинштейн, Д.Б. Эльконин и другие. Они рассматривали ценностные ориентации в составе интегрирующего свойства личности — направленности. В.Н. Мясищев видел в направленности «доминирующее отношение, подчиняющее себе другие отношения и определяющие жизненный путь человека» [21]. Б.Г. Ананьев утверждал, что «направленность личности на те или иные социальные ценности составляет ее ценностную ориентацию» [1]. Л.И. Божович считает направленность личности результатом наличия у человека определенной структуры его мотивационной сферы, наличия в ней устойчивых доминирующих мотивов поведения [5]. Н.И. Непомнящая включает ценностные ориентации в состав ведущей направленности личности — ценностности, которая является, по мнению автора, ее центральным базовым основанием [22].

        Несмотря на различия в определениях понятия направленности, ученые единодушны в том, что ценностные ориентации являются центральным и доминирующим ее компонентом, отражающим относительно устойчивое избирательное отношение субъекта к миру ценностей и оказывающим значительное влияние на выбор формы поведения. Как центральное образование направленности ценностные ориентации включены во все модели личности, предлагаемые современными авторами (С.С. Бубнова, В.Ф. Глушков, Е.М. Дубовская, И.В. Дубровина, М.С. Каган, Б.С. Круглов, Н.Г. Ратанова,

        В.И. Слободчиков и др.).

        Другие исследователи рассматривают ценностные ориентации как самостоятельное личностное образование. А.Г. Здравомыслов, например, видит в ценностных ориентациях «важнейшие элементы внутренней структуры личности, закрепленные жизненным опы-

        том индивида, всей совокупностью его переживаний, которые отграничивают существенное и важное для данного человека от несущественного. Совокупность сложившихся, устоявшихся ценностных ориентаций образуют своего рода ось сознания, обеспечивающую устойчивость личности; преемственность определенного поведения и деятельности, выраженную в направлении потребностей и интересов» [15, 202].

        С.М. Вишнякова определяет ценностные ориентации как «отражение в сознании человека ценностей, признаваемых им в качестве стратегических жизненных целей и общих мировоззренческих ориентиров» [8, 343].

        В.И. Слободчиков считает, что ценностные ориентации выражают конкретное понимание целей человеческого существования, жизненные притязания и престижные предпочтения, представления о должном и эстетический вкус [29].

        Анализ работ современных исследователей показывает, что ценностные ориентации выполняют разные личностные функции: как центральный компонент направленности личности организуют и корректируют процесс целеполагания человека, обеспечивают устойчивость личности; определяют особенности и характер отношений личности к другим людям, самому себе и тем самым детерминируют особенности ее поведения; адаптируют личность к социально-политическим изменениям в обществе, способствуя снятию ее внутренних противоречий. Или, иначе говоря, ценностные ориентации осуществляют психическую регуляцию социальной деятельности и поведения субъекта в социальной среде (М. Бобнева, Г. Белицкая, А. Донцов, Б. Круглов, В. Ядов и др.).

        В ходе практической деятельности интериоризированные ценности субъекта, выраженные в форме ценностных ориентаций, эк-стериоризируются и находят свое выражение в ценностном отношении личности к окружающей действительности. Проявление такого отношения, по мнению ряда авторов (М.С. Каган, А.В. Кирья-кова, А.Н. Максимов, Н.Г. Ратанова, Н.Е. Щуркова и др.), является проявлением специфической функции ценностных ориентаций. «Ценностное отношение к миру вещей, людей и идей есть совокупность сложившихся представлений как результат отражения и осмысления явлений внешнего мира, взаимоотношений людей, эмоционально окрашенная личностным принятием или непринятием их ценности, важности значимости для личности» [17, 36]. Ценностное отношение пронизывает все сферы человеческой деятельности. Любой объект, явление, любой поступок, дело и даже мысли людей приобретают большую или меньшую субъективную значимость, равно как и всегда имеют объективное социальное значение.

        Ценностное отношение к миру есть первый, ближайший результат процесса интериоризации — экстериоризации ценностей. Ценностное отношение эмоционально окрашено, в нем отражаются и осмысливаются полученные субъектом впечатления, в которые вплетены микросостояния человеческой души, эмоций, проектируются отношения других людей и их оценочных суждений. Современными исследованиями доказано, что ценностные отношения могут изменяться в разные периоды жизни человека. Это объясняется динамикой ценностных ориентаций личности (С.С. Бубнова,

        А.Л. Лихтарников, Н.В. Иванова, В.В. Марченко и др.). С.Л. Рубинштейн доказал, что в ходе жизни происходит переоценка ценностей, что является закономерным результатом самой диалектики жизни человека, перестройки его взаимоотношений с миром и прежде всего с другими людьми. По мнению С.Л. Рубинштейна, те или иные ценности актуализируются в результате изменения внутренних и внешних условий [28]. Данные суждения являются важными для психолого-педагогического объяснения личностного развития (как молодого, так и зрелого человека), для понимания процессов конструктивного преодоления кризисных периодов в жизни индивидов, в основе которых лежит переосмысление личностных ценностей.

        Второй, более отсроченный результат процесса интериориза-ции — экстериоризации ценностей — присвоение личностью новых моделей поведения, которое происходит в результате разрешения ценностных противоречий: между различными противоположными смыслами и значениями, противопоставлением или рассогласованием личностных ценностей, старым и новым опытом инициируемой деятельности. Ценностные противоречия переживаются и осознаются личностью как трудность выбора и принятия решения в поисках человеком смысла жизни (В. Франкл), в направлении самоактуализации личности (А. Маслоу), при определении своей стратегии жизни (К.А. Абульханова-Славская). Они разрешаются человеком в процессе ценностно-ориентационной деятельности (переживание неудовлетворенности собой, актуализации сознания и соизмерения ценностей, нахождения средств реализации новых ценностных ориентаций в новом опыте деятельности).

        Усиление динамики социальных противоречий и их влияние на формирование ценностных ориентаций личности в настоящее время отмечается в исследованиях Л.В. Бабаевой, Н.Н. Корж, В.Н. Павленко, А.Е. Чириковой, Н.Е. Щурковой и др. Российские ученые выделяют причины, породившие эти противоречия:

        • бурное отвержение традиционных общечеловеческих ценностей у нового поколения и решительная ломка вековых ценностных ориентаций общества;

        • молниеносная ценностная переориентация населения России, которая способствует нарастанию вариативности ценностных ориентаций, с одной стороны, с другой — приводит к их поляризации;

        • усиление в структуре ценностей личности социально-психологической динамики, которая возникает под непосредственным влиянием происшедших за последние годы социальноэкономических изменений в обществе;

        • среди личностных ценностей важное значение придается отношению личности к собственности как ценности. Обнаружена общая тенденция к возрастанию значимости таких ценностей, как «собственность», «богатство», «материальная обеспеченность» среди детей и взрослого населения России.

        Процесс становления ценностных ориентаций призван преобразовывать ситуативные отношения личности к окружающей

        Рис. 2. Образование личностных ценностей субъекта

        действительности в устойчивую систему ценностных ориентаций, определяющих общую линию жизнедеятельности человека. «Синтез фрагментарных впечатлений, разрозненного опыта поведения и деятельности, который дает общую шкалу ценностей, происходит в течение всей жизни, однако общеизвестно, что наиболее интенсивно он происходит в детские годы» [17, 27]. Именно в этом возрасте закладываются основы ценностного отношения к миру, усваиваются модели поведения в соответствии с присваиваемыми ценностями.

        В этой связи проблема ценностей и ценностных ориентаций в настоящее время привлекает все большее внимание специалистов в области образования, поскольку «когда мы воспитываем или обучаем, мы передаем ценности» [23, 8]. Неудивительно, что в связи с ценностным хаосом современного периода развития нашего общества на страницах отечественной литературы в области психологопедагогического знания все чаще стали встречаться такие понятия, как «лжеценности» (Н.Е.. Щуркова), «новая суперсистема ценностей» (Л.А. Худорошко), «уникальные российские ценности» (К. Штромберг, К. Бенке) и др. Исходя из этого, особую значимость приобретают вопросы: какие же ценности являются сейчас истинными и по каким критериям определять их истинность? Сколько же таких ценностей на сегодняшний день, и на какие из них мы должны ориентировать современных учащихся?

        Вопросы непростые, проблема ценностей и ценностных ориентаций стоит очень остро. Определение понятий «ценности», «ценностные ориентации» с современных позиций, приоритета ценностей в новом мире и для нового поколения граждан, разработка содержательно-ценностной модели воспитания в нашем обществе побуждают к интенсивным исследованиям в этой области. И от решения поставленных вопросов будет зависеть, какое поколение людей взрастим мы сегодня, завтра, на каких идеалах воспитанное и какие ценности признающее.

        1. Ананьев Б.Г. Человек как предмет познания. Л.: ЛГУ, 1968. 457 с.

        2. Анисимов С.Ф. Ценности реальные и мнимые. М.: Мысль, 1970. 183 с.

        3. Анциферова Л.И. Психологическое содержание феномена субъект и границы субъектно-деятельностного подхода // Проблема субъекта в науке. М.: Академический проект, 2000. С. 27—42.

        4. Бердяев Н.А. Философия свободного духа. М.: Республика, 1994. 480 с.

        5. Божович Л.И. Личность и ее формирование в детском возрасте: Психологическое исследование. М.: Просвещение, 1968. 464 с.

        6. Брожик В. Марксистская теория оценки. М.: Политиздат, 1982. 110 с.

        7. Булынин А.М. Профессиональное становление личности: ценностный подход. Комсомольск-на-Амуре: КГПИ, 1996. 99 с.

        8. Вишнякова С.М. Профессиональное образование: Словарь. Ключевые понятия, термины, актуальная лексика. М.: НМЦ СПО, 1999. 538 с.

        9. Выготский Л.С. Педагогическая психология. М.: Педагогика, 1986. 386 с.

        10. Гуревич ПС. Философия культуры. М.: Аспект-Пресс, 1994. 315 с.

        11. Гуревич ПС. Человек и его ценности. Ч. 1. М., 1988. С. 43—65.

        12. Гусинский Э.Н. Построение теории образования на основе междисциплинарного системного подхода. М.: Школа, 1994. 184 с.

        13. Дробницкий О.Г. Понятие морали. М.: Наука, 1974. 385 с.

        14. Дружинин В.Н. Варианты жизни: очерки экзистенциальной психологии. М.: ПЕР СЭ; СПб.: ИМАТОН, 2000. 135 с.

        15. Здравомыслов А.Г. Потребности. Интересы. Ценности. М.: Политиздат, 1986. 221 с.

        16. Кант И. Собрание сочинений. В 6 т. М.: Наука, 1965. Т. 4. Ч. 1.

        17. Кирьякова А.В. Ориентация школьников на социально-значимые ценности: Дис. . д-ра пед. наук. СПб., 1991. 407 с.

        18. Леонтьев ДА. Ценность как междисциплинарное понятие: опыт многомерной реконструкции // Вопросы философии. 1996. № 4.

        19. Момов В. Человек. Мораль. Воспитание. М.: Прогресс, 1975. 166 с.

        20. Моральные ценности и личность / Под ред. А.И. Титаренко,

        В.О. Николаичева. М.: Изд-во МГУ, 1994. 176 с.

        21. Мясищев В.Н. Личность и неврозы. Л.: ЛГПИ, 1960. 415 с.

        22. Непомнящая Н.И. Психодиагностика личности: теория и практика. М.: Владос, 2001. 192 с.

        23. Никандров Н.Д. Ценности как основа целей воспитания // Педагогика. 1998. № 3. С. 3—10.

        24. Образование: идеалы и ценности (историко-теоретический аспект) / Под ред. З.И. Равкина. М.: ИТПиО РАО, 1995. 354 с.

        25. Риккерт Г. О системе ценностей. М.: Логос, 1994. 182 с.

        26. Рогова РМ. Развитие гуманистического мировоззрения и ценностных ориентаций личности. М.: РАО ИРЛ, 1996. 144 с.

        27. Рокич М. Природа человеческих ценностей. М.; Нью-Йорк, 1973. 276 с.

        28. Рубинштейн С.Л. Человек и мир. М.: Мир, 1998. 438 с.

        29. Слободчиков В.И., Исаев Е.И. Основы психологической антропологии. Психология человека: Развитие субъективной реальности в онтогенезе. М.: Школьная пресса, 2000. 416 с.

        30. Слободчиков В.И., Исаев Е.И. Основы психологической антропологии. Психология человека: Введение в психологию субъективности. М.: Школа-Пресс, 1995. 384с.

        31. Социология в СССР. Т. 2. М.: Социальные науки, 1966. С. 194.

        32. Степашко Л.А. Философия и история образования. М.: Московский психолого-социальный институт: Флинта, 1999. 272 с.

        33. Флоренская Т.А. Диалог в практической психологии: наука о душе. М.: Владос, 2001. 208 с.

        34. Франкл В. Человек в поисках смысла: Сборник / Общ. ред. Л.Я. Гозмана, Д.А. Леонтьева. М.: Прогресс, 1990. 368 с.

        Смотрите так же:  Штраф за неправильную парковку в москве 2020 проверить

Оставьте комментарий