Эристика спор и его виды

Спор и его виды

Спор и его значение в жизни, в науке, в государственных и общественных делах. Сопоставление точек зрения. Спор из-за истинности мысли, из-за доказательства, средоточенный, бесформенный, одиночный и сложный, для слушателей и для разъяснения истины.

Подобные документы

Спор как столкновение мнений или позиций; дискуссия, полемика и дебаты. Искусство вести спор (эристика), условия, наличие которых делает разговор спором. Логико-психологические основы спора, доказательство и опровержение, психологические уловки.

реферат, добавлен 12.01.2011

Изучение спора как искусства. Виды споров: научная и деловая дискуссии, полемика (спор ради победы). Стратегия и аргументационная тактика споров. Анализ тактических приемов и реакций на них. Умышленные и неумышленные ошибки в ходе спора (софизмы).

реферат, добавлен 22.05.2012

Спор как столкновение мнений или позиций, этапы и закономерности его протекания. Критерии классификации и разновидности спора, их отличительные признаки. Основные цели и задачи каждого типа спора, приемы и методология ведения процесса дискуссии.

реферат, добавлен 27.11.2009

История возникновения учения о категориях. Категории диалектики: содержание и форма; сущность и явления; причина и следствие; необходимость и случайность; возможность и действительность. Умение познающего мышления вести спор с собой в диалоге мыслящих.

контрольная работа, добавлен 23.01.2011

Философские споры двух выдающихся философов античности — Платона и Аристотеля: учения Платона о бытии (проблема статуса идей-эйдосов), душе и познании; учения Аристотеля о причинах, о материи и форме, отношения между идеями и вещами. Различия учений.

реферат, добавлен 20.03.2008

Роль доказательств в споре. Аргумент как фрагмент высказывания, содержащий обоснование мысли, приемлемость которой представляется сомнительной. Логические аргументы как аргументы, обращенные к разуму аудитории. Сущность психологических аргументов.

реферат, добавлен 19.01.2012

Логическая форма и законы мышления. Содержание и форма мысли. Виды понятий по содержанию. Таблицы истинности тождества и отрицания. Непосредственные умозаключения из сложных суждений. Прямые и косвенные доказательства.

контрольная работа, добавлен 26.01.2007

Западничество и славянофильство как два направления русской общественной мысли первой половины ІХХ века. Зарождение западничества. Обзор становления воззрений славянофилов в русской политической мысли. Судьба России в воззрениях западников и славянофилов.

курсовая работа, добавлен 17.11.2014

Изучение логической структуры доказательства — логической процедуры установления истинности какого-либо утверждения при помощи других утверждений, истинность которых уже установлена. Виды доказательства и опровержение. Условия и правила доказательства.

реферат, добавлен 20.09.2010

Философия нового времени. Спор сенсуалистов (Ф. Бэкон, Т. Гоббс, Д. Локк) и рационалистов (Р. Декарт, Б. Спиноза, В.Г. Лейбниц). Проблема истины в философии. Русская философия об исторической самобытности России. Петр Яковлевич Чаадаев о судьбе России.

контрольная работа, добавлен 25.09.2010

Эристика спор и его виды

Спор и его виды

1. Корректные и некорректные споры

Спор представляет собой столкновение мнений или позиций, в ходе которого стороны приводят аргументы в поддержку своих убеждений и критикуют несовместимые с последними представления другой стороны.

Спор является частным случаем аргументации, её наиболее острой и напряжённой формой. Всякая аргументация имеет предмет, или тему, но спор характеризуется не просто определённым предметом, а наличием несовместимых представлений об одном и том же объекте, явлении и т.д. Спор предполагает противоположные мнения и активное отстаивание каждой из его сторон своей собственной позиции, несовместимой с позицией другой стороны. Если противоположности или столкновения мнений нет, то нет и самого спора, а есть какая-то иная форма аргументации.

Спор как одна из возможных ситуаций аргументации имеет характерные признаки:

• на тезис пропонента оппонент отвечает противоположным утверждением, антитезисом («столкновение мнений»);

• и пропонент, и оппонент выдвигают какие-то доводы в поддержку своих позиций;

• каждый из спорящих подвергает критике позицию противной стороны.

Если какой-то из этих признаков отсутствует, нет и спора как особого случая аргументации.

Иногда все возможные ситуации аргументации пытаются свести к спору или представить последний по меньшей мере как парадигму аргументации вообще. Это конечно же, неправомерно. У призывов и проповедей нет ничего общего со спорами. Если тезис, поддержанный аргументами или нет, обращён к тем, кто нейтрален к нему, то опять-таки нет оснований отождествлять эту ситуацию со спором.

Спор – это ситуация, когда аргументированно опровергается противоположное мнение. Зная много или даже все о спорах, их основных разновидностях и требованиях к ним, можно не иметь никакого представления о призывах и проповедях и иметь очень слабое представление о перебранке или ереси. Нагорная проповедь – это аргументация, но не дискуссия Христа со своими последователями; молитва – это тоже аргументация, но не полемика молящегося с Богом по поводу своих недооцениваемых добродетелей. Как и в других случаях аргументации, доводы, используемые в споре, могут быть корректными и некорректными. Первые могут содержать элементы хитрости, но в них нет прямого обмана и тем более вероломства или принуждения силой. Вторые ничем не ограничены и простираются от умышленно неясного изложения и намеренного запутывания до угрозы наказания или применения грубой физической силы. Нужно изучать, конечно, и те и другие приёмы. Корректные – чтобы знать, как можно, пользуясь допустимыми средствами, отстоять свою точку зрения. Некорректные – чтобы предвидеть, что можно ожидать от неразборчивого в средствах противника и уметь вывести его на чистую воду.

Спор – это борьба, поэтому в споре приложимы общие методы успешной борьбы.

Во всякой борьбе очень ценной является инициатива. В споре важно, кто задаёт тему, как конкретно она определяется. Нужно уметь повести спор по своему сценарию.

Рекомендуется, далее, не обороняться, а наступать. Даже оборону лучше вести с помощью наступления. Вместо того, чтобы отвечать на возражения противника, надо заставить его защищаться и отвечать на выдвигаемые против него доводы. Предвидя его аргументы, можно заранее, не дожидаясь, пока он их выскажет, выдвинуть их самому и опровергнуть.

Один из приёмов, допустимых в устном споре, – отвлечение внимания противника от той мысли, которую нужно провести без критики. С этой целью мысль или не высказывается вовсе, а только подразумевается, или высказывается, но как бы мимоходом, возможно в сокращённой, стёртой форме. Можно для отвлечения внимания выдвинуть другую идею, способную своим содержанием или формой привлечь внимание противника, задеть его, поразить и т.п. Можно также прежде чем высказать мысль, которую нужно провести без критерии, выдвинуть какой-то второстепенный, но заведомо слабый аргумент. Спорщик, постоянно нацеленный на поиск слабых мест в доводах противоположной стороны, сразу же набросится на явно слабое место и пропустит ближайшие к ней доводы, особенно если они приводятся между прочим и не бросаются в глаза своей ошибочностью.

Иногда полезно возложить «бремя доказывания» на оппонента – сослаться, например, на то, что ваш тезис вытекает из уже признанного общего положения. Тезис противника окажется исключением из этого положения, и ему нужно будет доказать правомерность такого исключения.

Не только корректна, но и желательна концентрация действий, направленных на центральное звено системы аргументов противника или на наиболее слабое её звено.

Можно применять в споре и приём опровержения противника его же собственным оружием. Из принятых им посылок надо всегда пытаться вывести следствия, подкрепляющие защищаемый вами тезис. Особый интерес в этом случае предоставляют неожиданные для противника следствия, о которых он даже не подозревал.

Эффект внезапности можно использовать и многими другими способами. Например, придержать самые неожиданные и важные сведения к концу спора.

Корректность приёма, используемого вами в споре, существенно зависит от того, какими приёмами или уловками, пользуется противоположная сторона. Скажем, эффект внезапности уместен в споре с тем, кто сам приберегает самые важные и неожиданные сведения к концу спора; напирать на слабое звено аргументации оппонента особенно оправданно в том случае, когда он сам постоянно выискивает слабые стороны ваших доводов и т.п.

Когда противник прибегает к некорректным приёмам, ваши приёмы могут становиться более хитрыми, оставаясь в рамках корректности.

К корректным приёмам обычно относят оттягивание возражения. Уловка эта в чистом виде вполне позволительна и часто необходима.

В тех случаях, когда предмет спора не вполне определён, можно не занимать с самого начала жёсткую позицию, не спешить твёрдо и недвусмысленно изложить её. Иначе в переменчивых обстоятельствах спора трудно будет её модифицировать и тем более от чего-то отказаться.

Принято считать, что нет ничего недозволенного и в таком приёме, как взять слово в самом конце спора, зная все аргументы выступавших и лишая их возможности развёрнутого ответа. Однако вряд ли этот приём демократичен: он доступен далеко не для каждого участвующего в споре.

Некорректные приёмы, используемые в спорах, не только многочисленны, но и чрезвычайно разнородны. Среди них есть грубые и даже очень грубые, но есть и очень тонкие.

Наиболее грубыми являются «механические» уловки. Таков, в частности, неправильный «выход из спора».

Самым грубым и самым механическим считается приём, когда противнику не дают говорить.

Довольно грубым приёмом является и организация «хора» полуслушателей-полуучастников спора, всячески восхваляющих доводы одной стороны и демонстрирующих скептическое, а то и презрительное отношение к доводам другой стороны. «Вот остроумное замечание! Это называется смотреть в корень вещей», «Превосходно!», «Безусловно правильно», «Изумительный ответ» и т.п., – эти восклицания адресуются той стороне спора, которую поддерживает специально подготовленная аудитория; «Слабый ответ», «Плохие доводы», «Это то же, что ничего не ответить», «Все это только пустые оправдания», «Доводы, внушающие жалость» и т.п., – все это адресуется стороне, которую аудитория намеревается «завалить».

Предельно грубый приём в споре – использование насилия, физического принуждения или даже истязания для того, чтобы заставить другую сторону, если не принять тезис, то хотя бы сделать вид, что она его принимает. Это – разновидность «аргумента от палки». Другой его разновидностью являются доводы, апеллирующие к тайным мыслям и невыраженным побуждениям другой стороны в споре.

Спор – это определённая деятельность, причём деятельность, требующая напряжения не только интеллекта, но и всех духовных сил человека. Мысль, память, воображение спорящих должны работать особенно эффективно и ярко. Смешавшийся, вставший в тупик, растерявшийся участник спора рискует забыть и упустить свои самые надёжные и выигрышные доводы и потерпеть наудачу в споре. Если мы сильно взволнованы, возбуждены, горячимся, смущены и т.п. – мы спорим хуже, чем обычно. Спор – это не соревнование чистых интеллектов, а состязание, затрагивающее все стороны человеческой души.

Ещё один некорректный приём – использование ложных и недоказанных аргументов в надежде на то, что противная сторона этого не заметит. Употребление этих аргументов нередко сопровождается оборотами типа: «всем известно», «давно установлено», «совершенно очевидно», «никто не станет отрицать» и т.п. Слушателю как бы остаётся упрекать себя за незнание того, что давно всем известно.

К одной из форм лжи иногда относят намеренное запутывание, или сбивание с толку. В выступлении того, кто прибегает к такому приёму, возможно, и содержится какая-то информация, но её чрезвычайно трудно уловить. Целый ряд некорректных приёмов – их обычно называют психологическими – как раз и ориентируется на то, чтобы вывести оппонента в споре из психического равновесия, расстроить работу его мысли и воображения. Самая грубая и обычная уловка – раздражить противника и вывести его из себя. Для этого пускают в ход грубые выходки, оскорбления, глумление, издевательство, явно несправедливые, возмущающие обвинения и т.д. Если противник «вскипел» – дело выиграно. Он потерял много шансов в споре. Некоторые искусно стараются «взвинтить» его до желательной степени.

Некорректен и такой психологический приём, когда один из спорящих говорит очень быстро, выражает свои мысли в нарочито усложнённой, а то и просто путаной форме, быстро сменяет одну мысль другою. Этот приём особенно «эффективен», когда быстрая, путаная, постоянно меняющая своё направление речь обращена к неопытному спорщику или к человеку, мыслящему пусть основательно, но медленно и с трудом схватывающему только кое-что из сказанного.

И в заключение этого, конечно же, неполного, обзора возможных некорректных приёмов спора – один пример из художественной литературы, богатый такими приёмами. В «Вексфилдском священнике» Ч.Голдсмита описывается спор между сквайром, опытным и беззастенчивым в средствах спорщиком, и молодым, неопытным, но рвущимся поспорить Моисеем.

«Верно… – вскричал сквайр. –…Красивая девушка стоит всех интриг духовенства в мире. Что такое все эти десятины и шарлатанские выдумки, как не обман, один скверный обман! И это я могу доказать». – «Хотел бы я послушать! – воскликнул мой сын Моисей. – Думаю, что смог бы вам ответить». – «Отлично, сэр, – сказал сквайр, который сразу разгадал его и подмигнул остальной компании, чтобы мы приготовились позабавиться. – Отлично, если вы хотите хладнокровно обсуждать эту тему, я готов принять спор. И прежде всего, как вы предпочитаете обсуждать вопросы, аналогически или диалогически?» – «Обсуждать разумно», – воскликнул Моисей, счастливый, что может поспорить. – «Опять-таки превосходно. Прежде всего, во-первых, я надеюсь, вы не станете отрицать, что то, что есть, есть. Если вы не согласны с этим, я не могу рассуждать дальше». – «Ещё бы! – ответил Моисей. – Конечно, я согласен с этим и сам воспользуюсь этой истиной, как могу лучше». – «Надеюсь также, вы согласны, что часть меньше целого?» – «Тоже согласен! – воскликнул Моисей. – Это и правильно и разумно». – «Надеюсь, – воскликнул сквайр, – вы не станете отрицать, что три угла треугольника равны двум прямым». – «Нет ничего очевиднее», – ответил Моисей и оглянулся вокруг со своей обычной важностью. – «Превосходно! – воскликнул сквайр и начал говорить очень быстро. – Раз установлены эти посылки, то я утверждаю, что конкатенация самосуществования, выступая во взаимном двойственном отношении, естественно приводит к проблематическому диалогизму, который в известной мере доказывает, что сущность духовности может быть отнесена ко второму виду предикабилий». – «Постойте, постойте! – воскликнул Моисей. – Я отрицаю, это. Неужели вы думаете, что я могу без возражения уступить таким неправильным учениям?» – «Что? – ответил сквайр, делая вид, что взбешён. – Вы не уступаете? Ответьте мне на один простой и ясный вопрос: прав, по-вашему, Аристотель, когда говорит, что относительное находится в отношении?» – «Несомненно», – сказал Моисей. – «А если так, – воскликнул сквайр, – то отвечайте мне прямо: считаете ли вы, что аналитическое развитие первой части моей энтимемы deficient secundum quoad или quoad minus и приведите мне свои доводы. Приведите мне свои доводы, говорю я, – приведите прямо, без увёрток». – «Я протестую, – воскликнул Моисей. – Я не схватил как следует сущности вашего рассуждения. Сведите его к простому предложению, тогда, я думаю, смогу вам дать ответ». – «О, сэр! – воскликнул сквайр. – Ваш покорный слуга. Оказывается, что я должен снабдить вас не только доводами, но и разумением! Нет, сэр. Тут уж я протестую, вы слишком трудный для меня противник». «При этих словах поднялся хохот над Моисеем. Он сидел один с вытянутой физиономией среди смеющихся лиц. Больше он не произнёс во время беседы ни слова».

В этом споре используется не только приём ускорения речи до её непонимания собеседником, но и целая серия других некорректных приёмов. В их числе – «аргументация к незнанию» (как именно обсуждать вопросы «аналогически или диалогически», латинская фраза, явно непонятная другой стороне, и др.); неприкрытая насмешка над собеседником («Оказывается, я должен снабдить вас не только доводами, но и разумением», «Вы слишком трудный для меня противник»), призванная вывести из равновесия противника и настроить в свою пользу присутствующих («аргумент к личности» и «аргумент к публике»). Но главный порок аргументации сквайра, несомненно в том, что формулируемый им тезис является бессмысленным («аналитическое развитие первой части моей энтимемы…») и очевидным образом не связан логически с посылками (ошибка «не вытекает»). Некорректно и использование в качестве того, что претендует на роль посылок, банальностей или просто тавтологий, из которых никакой содержательной информации вообще извлечь невозможно («то, что есть, есть», «часть меньше целого», «три угла треугольника равны двум прямым», «относительное находится в отношении»). Некорректной является, наконец, и ссылка на Аристотеля («аргумент к авторитету»).

Для такого короткого спора некорректных аргументов в общем-то многовато. В другой аудитории Моисей мог бы считаться выигравшим спор уже потому, что его противник откровенно жульничает.

2. Споры об истине и споры о ценностях

Аргументы – это средство спора. Его целью может быть обнаружение истины или достижение победы в споре.

Явной границы между корректными и некорректными аргументами не существует. Естественно, что нет её и между спорами, ведущимися с целью прояснения истины, и спорами, направленными на победу одной из сторон. Отсутствие чётких разграничений не означает, конечно, что сами эти разграничения не являются важными. Скажем, между умом и глупостью тоже нет сколь-нибудь ясной границы и существует масса переходов, но из этого вряд ли можно заключить, что они в общем-то совпадают и разграничивать их нет особой нужды.

Смотрите так же:  Госпошлина за разрешение на выбросы загрязняющих веществ

Хорошую характеристику споров, направленных на поиск и прояснение истины, даёт польский философ и логик Т.Котарбиньский, называющий такие споры «предметной дискуссией»: «Кто хочет выяснить истину, тот не менее усердно ищет её и в убеждениях и предположениях противника, хотя последние вначале и не согласуются с его собственными взглядами. Чтобы извлечь её также и оттуда, он старается помочь противнику найти для его мысли слова, которые наиболее точно выражали бы её. Он пытается, как говорят, понять противника лучше, чем тот сам себя понимает. Вместо того, чтобы использовать каждый слабый пункт аргументации противника для низложения, развенчания и уничтожения того дела, которое он отстаивает, участник предметной дискуссии прилагает усилия к тому, чтобы извлечь из утверждений противника все то ценное, что поможет выявлению истины. И в этом нет противоречия. Это как бы определённое разделение труда: „Ты будешь пытаться отстаивать свою гипотезу, а я свою, и посмотрим, что из этого выйдет. Я буду пытаться опровергнуть твои утверждения, а ты – мои. Давай в нашем исследовании опровергать все, ибо только таким образом можно выявить то, что опровержению не поддаётся. То, что при этом устоит, и явится совместно найденной истиной. Пусть же она и окажется единственным победителем в этом споре“».

Спор, целью которого является победа, – это всегда спор о ценностях, об утверждении каких-то собственных оценок и опровержении несовместимых с ними оценочных суждений другой стороны. Честность, равенство, справедливость, сострадание, любовь к ближнему и т.п. – все это ценности, и споры о них – это всегда споры о ценностях. Личные планы и планы социальных групп, нормы государства и принципы морали, традиции и идеалы и т.д. – все это также ценности. Целью всех споров о ценностях является не истина, а победа. Если перед спором ставится задача – достичь победы, то такой спор – как бы ни представляли его спорящие себе и окружающим – является спором о ценностях. Даже спор об истинности тех или иных утверждений становится спором о ценностях, если он ориентируется не на истину, а на победу одной из сторон.

Большим упрощением было бы думать, что целью каждого спора может быть только истина или по меньшей мере достижение общего согласия по ещё нерешённым проблемам, оказавшимся источником спора. Человек – не только разумное и познающее, но и действующее существо. Действия – это всегда успех или неуспех, удача или неудача. Не следует представлять дело так, что успех достигается только теми, кто ориентируется на истину, и что неудача – неизбежный удел тех, кто не особенно считается с нею. Иногда, и нередко, успех достигается как раз неправыми средствами. Действие невозможно без оценок: норм, образцов, идеалов, утверждений о целях и т.п. Истина является свойством описаний, и спор о ней – это спор о соответствии описания реальному положению дел. Споры об оценках, направляющих действие, не относятся к спорам об истине, поскольку оценки не являются ни истинными, ни ложными.

Было бы ошибкой поэтому говорить, что в споре всегда нужно бороться не за утверждение собственного или коллективного мнения или убеждения, а только за установление истины. Истина – не единственная цель споров. Другой их целью может быть ценность и, соответственно, победа как утверждение одних ценностей в противовес другим. Можно отметить, что подавляющее большинство обычных споров – это как раз споры не об истине, а о ценностях. Споры об истине встречаются по преимуществу в науке, но и там они нередко переходят в споры о ценностях.

Имеются, таким образом, споры об описаниях и споры об оценках. Конечной целью первых является истина, т.е. достижение описания, отвечающего реальности. Цель споров об оценках – утверждение каких-то оценок и, соответственно, принятие конкретного, определяемого ими направления будущей деятельности. Слово «победа» прямо относится только к спорам об оценках и выражаемых ими ценностях. Победа – это утверждение одной из противостоящих друг другу систем ценностей. В спорах об истине о победе одной из спорящих сторон можно говорить лишь в переносном смысле: когда в результате спора открывается истина, она делается достоянием обеих спорящих сторон, и «победа» одной из них имеет чисто психологический характер.

3. Четыре разновидности споров

По своей цели споры делятся на преследующие истину и преследующие победу над противоположной стороной. По своим средствам подразделяются на использующие только корректные приёмы и использующие также разнообразные некорректные приёмы.

Таким образом, мы получаем четыре их разновидности, которые можно назвать дискуссией, полемикой, эклектикой и софистикой.

Дискуссия – спор, направленный на достижение истины и использующий только корректные приёмы ведения спора.

Полемика – спор, направленный на победу над противоположной стороной и использующий только корректные приёмы.

Эклектика – спор, имеющий своей целью достижение истины, но использующий для этого и некорректные приёмы.

Софистика – спор, имеющий своей целью достижение победы над противоположной стороной с использованием как корректных, так и некорректных приёмов.

Дискуссия – одна из важнейших форм коммуникации, метод решения спорных проблем и своеобразный способ познания. Она позволяет лучше понять то, что не является в полной мере ясным и не нашло ещё убедительного обоснования. И если даже участники дискуссии не приходят в итоге к согласию, они определённо достигают лучшего взаимопонимания. Польза дискуссии ещё и в том, что она снижает элемент субъективности. Убеждениям отдельного человека или группы людей она сообщает общую поддержку и тем самым определённую обоснованность. Непосредственная задача дискуссии – достижение определённой степени согласия её участников относительно дискутируемого тезиса. Используемые в дискуссии средства должны быть корректными и, как правило, признаваться всеми, кто принимает в ней участие. Употребление средств другого рода ведёт обычно к обрыву дискуссии.

Полемика, во многом подобная дискуссии, существенно отличается от последней в отношении как своей цели, так и применяемых средств. Цель полемики – не достижение согласия, а победа над другой стороной, утверждение собственной точки зрения. Средства, употребляемые в полемике, должны быть корректными, но они не обязательно должны быть настолько нейтральными, чтобы с ними соглашались все участники. Каждый из них применяет те приёмы, которые находит нужными для достижения победы, и не считается с тем, насколько они соответствуют представлениям других участников полемики о допустимых приёмах спора. Именно это различие целей и средств дискуссии и полемики лежит в основе того, что противоположная сторона в дискуссии именуется обычно «оппонентом», а в полемике – «противником». Полемику можно сравнить с военными действиями, не предполагающими, что противник согласится с применяемыми против него средствами; дискуссия подобна военной игре, в ходе которой допустимо опираться только на средства, доступные другой стороне и признаваемые ею. Хотя полемика и направлена по преимуществу на утверждение своей позиции, нужно постоянно помнить, что победа ошибочной точки зрения, добытая благодаря уловкам и слабости другой стороны, как правило, недолговечна, и не способна принести моральное удовлетворение.

В самом общем смысле эклектика – это соединение разнородных, внутренне не связанных и, возможно, несовместимых идей, концепций, стилей и т.д. В качестве методологического принципа эклектика появилась впервые в древней философии как выражение упадка и интеллектуального бессилия последней. Эклектика широко использовалась в средневековой схоластике, когда приводились десятки и сотни разнородных, внутренне не связанных доводов «за» и «против» некоторого положения. Спор об истине, использующий и некорректные приёмы, уместно назвать эклектикой на том основании, что такие приёмы плохо согласуются с самой природой истины. Скажем, расточая комплименты всем присутствующим при споре, или, напротив, угрожая им силой, можно склонить их к мнению, что 137 – простое число. Но выиграет ли сама истина при таком способе её утверждения? Вряд ли. Тем не менее, эклектические споры, в которых истина поддерживается чужеродными ей средствами, существуют, и они не столь редки, как может показаться. Они встречаются даже в науке, особенно в период формирования новых научных теорий, когда осваивается новая проблематика и ещё недостижим синтез разрозненных фактов, представлений и гипотез в единую систему.

Известно, что Галилей, отстаивавший когда-то гелиоцентрическую систему Коперника, победил благодаря не в последнюю очередь блестящей технике убеждения: он писал на итальянском, а не на быстро устаревавшем латинском языке, и обращался напрямую к людям, пылко протестовавшим против старых идей и связанных с ними канонов обучения. Для самой истины безразлично, на каком языке она излагается и какие конкретно люди её поддерживают. Тем не менее пропагандистские аргументы Галилея определённо сыграли позитивную роль в распространении и укреплении гипотезы Коперника. Истина рождается в споре, и утверждается она в конечном счёте с помощью корректных средств. Но наука делается живыми людьми, на которых оказывают воздействие и некорректные приёмы. Не удивительно поэтому, что в спорах об истине иногда возникает искушение воспользоваться какими-то мягкими формами таких приёмов. Отношение к эклектике как разновидности спора должно быть взвешенным и учитывающим ситуацию, в которой для защиты ещё не для всех очевидной истины были использованы не вполне корректные средства. Что заслуживает безусловного осуждения, так это софистика – спор, в котором для достижения победы над противником используются любые средства, включая и заведомо некорректные. В споре, как и в других делах, нельзя быть неразборчивым в применяемых средствах. Не следует вступать в спор с единственной целью – победить в нем любой ценой, не считаясь ни с чем, даже с истиной и добром.

4. Общие требования к спору

Спор – это столкновение мнений, позиций, в ходе которого каждая из сторон аргументирование отстаивает своё понимание обсуждаемых проблем и стремится опровергнуть доводы другой стороны. Спор представляет собой важное средство прояснения и разрешения вопросов, вызывающих разногласия, лучшего понимания того, что не является в достаточной мере ясным и не нашло ещё убедительного обоснования. Если даже участники спора не приходят в итоге к согласию, в ходе спора они лучше уясняют как позиции другой стороны, так и свои собственные.

Искусство ведения спора называется эристикой. Эристика получила большое распространение в Древней Греции в связи с расцветом политической, судебной и моральной полемики. Первоначально эристика понималась как средство отыскания истины и добра с помощью спора, она должна была учить умению убеждать других в правильности высказываемых взглядов и, соответственно, умению склонять человека к тому поведению, которое представляется нужным и целесообразным. Но постепенно эристика выродилась в обучение тому, как вести спор, чтобы достигнуть единственной цели – выиграть его любой ценой, совершенно не заботясь об истине и справедливости. Широкое распространение получили разнообразные некорректные приёмы достижения победы в споре. Это серьёзно подорвало доверие к обучению искусству спора. Эристика разделилась на диалектику и софистику. Первая развивалась Сократом, впервые применившим само слово «диалектика» для обозначения искусства вести эффективный спор, диалог, в котором путём взаимозаинтересованного обсуждения проблемы и противоборства мнений достигается истина. Софистика же, ставившая целью спора победу в нем, а не истину, существенно скомпрометировала саму идею искусства спора. От Аристотеля идёт традиция неправомерного отождествления эристики с софистикой. Такое понимание эристики развивал, в частности, немецкий философ А.Шопенгауэр, определявший её как искусство спора или духовного фехтования с единственной целью остаться правым.

Использование в споре нечестных, или некорректных, приёмов не способно, конечно, скомпрометировать саму идею спора как интересного и важного средства достижения взаимопонимания между людьми, углубления знания о мире. Эристика как изучение спора и обучение искусству его ведения и правомерна, и полезна, но только при условии, что целью спора считается установление истины и добра, и не просто победа любой ценой. Эристика не является отдельной наукой или разделом какой-то науки. Она представляет собой разновидность «практического искусства», подобного обучению ходьбе или музыке.

Очевидно, что не существует такого общего перечня требований, которому удовлетворяли бы все четыре разновидности споров. Софистика вообще не стеснена никакими правилами: в софистическом споре может быть нарушено любое общее требование, не исключая требования быть логичным или требования знать хотя бы приблизительно те проблемы, о которых зашёл спор. Для трех остальных разновидностей спора можно попытаться сформулировать общие требования, которым они должны удовлетворять, если подразумевается, что спорящие ориентируются в конечном счёте на раскрытие истины или добра.

В числе таких общих требований можно назвать, в частности, следующие:

1. Не следует спорить без особой необходимости. Если есть возможность достичь согласия без спора, надо этим воспользоваться.

Встречаются люди, готовые спорить по поводу и без повода, иногда они даже гордятся этим. Такие завзятые спорщики, ввязывающиеся в спор ради него самого, чаще всего только мешают прояснению дела. Полезно всегда помнить, что спор представляет ценность не сам по себе, а как средство достижения определённых целей. Если явной и важной цели нет или она может быть достигнута без всякого спора, затевать спор бессмысленно. Постоянная нацеленность на спор, на оппозицию любым мнениям, не совпадающим полностью с собственным мнением, развязывание мелких споров и т.п. характеризует человека не с лучшей стороны.

Вместе с тем не следует и бояться споров и стараться любыми способами уклоняться от них. По принципиальным проблемам, решить которые не удаётся без дискуссии и полемики, нужно спорить. Особенно опасно избегать споров в научном исследовании. Нет нужды создавать видимость единомыслия и единодушия, якобы царящих в науке. Неотъемлемая черта науки – критицизм. Без критического отношения учёных к чужим и к своим собственным идеям рост и развитие научного знания невозможны.

2. Всякий спор должен иметь свою тему, свой предмет. Это – очевидное требование к спору, но даже оно иногда нарушается.

Желательно, чтобы предмет спора был относительно ясным. Лучше всего в самом начале зафиксировать этот предмет особым утверждением, чтобы избежать потом довольно обычного вопроса: о чем же все-таки шёл спор? Беспредметные споры, споры по проблемам, неясным для спорящих сторон, оставляют, как правило, тяжёлый осадок из-за своей бессвязности и беспомощности. Не давая участникам возможности обнаружить свои знания и способности, такие споры представляют их в искажённом свете. «Дальше всех зайдёт тот, – говорил Кромвель, – кто не знает, куда идти».

3. Тема спора не должна изменяться или подменяться другой на всем протяжении спора.

Это условие редко когда удаётся соблюсти, что, в общем-то, вполне объяснимо. В начале спора тема не является, как правило, достаточно определённой. Это обнаруживается, однако, только в процессе спора. Его участники вынуждены постоянно уточнять свои позиции, что ведёт к изменению подходов к теме спора, к смещению акцентов самой этой темы. Уточнение и конкретизация позиций спорящих – важный момент спора. Но нужно все-таки постоянно иметь в виду основную линию спора и стараться не уходить далеко от неё. Если предмет спора изменился, целесообразно специально обратить на это внимание и подчеркнуть, что спор относительно нового предмета – это, в сущности, другой, а не прежний спор.

Многие споры кончаются тем, что их участники ещё больше утверждаются в своей правоте. Было бы поспешным, однако, делать из этого вывод о неэффективности большинства споров. Пусть позиции споривших не изменились, но они, несомненно, стали яснее, чем до момента спора. Далеко не всякая полемика кончается тем, что все переходят в «одну веру». Но почти каждая полемика помогает сторонам уточнить свои позиции, найти для их защиты дополнительные аргументы. Именно этим объясняется возросшая убеждённость участников закончившегося спора в собственной правоте.

4. Спор имеет место только при наличии несовместимых представлений об одном и том же объекте, явлении и т.д.

Если такой несовместимости нет, вскоре обычно выясняется, что спорящие говорят хотя и о разных, но взаимодополняющих аспектах одного и того же объекта. Спорить дальше не о чем.

5. Спор предполагает, далее, определённую общность исходных позиций сторон, некоторый единый для них базис.

Всякий спор опирается на определённые предпосылки, беспредпосылочных споров не существует. Общность базиса обеспечивает начальное взаимопонимание спорящих, даёт ту площадку, на которой может развернуться противоборство. Те, кто совершенно не понимают друг друга, не способны спорить, точно так же как они не способны прийти к согласию.

В средние века говорили: «С еретиками не спорят, их сжигают». Оставим меру наказания еретиков на совести того времени, когда нравы были суровыми. Первая же часть этой поговорки, говорящая о невозможности или, скорее, о нереальности спора с еретиками, в своей основе верна. Еретиком является тот, кто отвергает некоторые основополагающие принципы, отказывается принять единый для данной среды базис, лежащий в основе форм её жизни и коммуникации. С таким человеком спор действительно нереален. Для спора нужна известная общность позиций противостоящих сторон, уходящая своими корнями в их чувства, веру и интуиции. Если такой общности нет и ничто не кажется сторонам одинаково очевидным, то нет и спора. Трудно, к примеру, дискутировать о деталях второго пришествия Христа с теми, кто верит в Будду; того, кто не верит во внеземные цивилизации, вряд ли удастся увлечь спором о внешнем облике инопланетян.

Смотрите так же:  Коллекторы g

Обычно предпосылки спора просты и не требуют специальной констатации. Но если базис не вполне ясен или толкуется по разному, лучше всего начать с его уточнения и прояснения. Спор без общности посылок, без одинакового отношения к исходным и неоспариваемым идеям имеет мало шансов на то, чтобы оказаться в какой-то мере эффективным.

6. Успешное ведение спора требует определённого знания логики.

Прежде всего предполагается умение выводить следствия на своих и чужих утверждений, замечать противоречия, выявлять отсутствие логических связей между утверждениями. Обычно для всех этих целей достаточно интуитивной логики, стихийно сложившихся навыков правильного рассуждения. Требование быть логичным и последовательным в споре не предполагает, разумеется, что спор должен разворачиваться как некое сугубо формальное доказательство определённой точки зрения. В ходе дискуссии или полемики уместны и шутки, и отступления, и многое другое, что не связано прямо с логикой развития мысли. Спорят между собою живые люди, а не какие-то «логические машины», озабоченные только неуклонным выведением следствий из принятых посылок.

Известный греческий оратор Демосфен, выступая в одном сложном деле, увидел, что судьи рассеянны и невнимательны. Демосфен прервал свою речь и начал рассказывать о человеке, нанявшем осла с погонщиком. День был жаркий, и седок, спешившись, присел отдохнуть в тени, которую отбрасывал осел. Погонщик возразил, что отдал внаём только осла, а не его тень. Спор превратился в судебную тяжбу. Тут Демосфен умолк, а когда судьи попросили его закончить рассказ, с горечью заметил: «Басню о тени осла вы готовы слушать, а важное дело выслушать не желаете». Шутка, отход от темы и т.п. могут иногда оказаться неплохими помощниками в споре.

7. Спор требует известного знания тех вещей, о которых идёт речь.

Это знание не может быть полным, иначе не возникли бы разногласия и полемика. Но оно все-таки должно быть достаточно обширным. Плохо, когда люди начинают спорить о том, о чем они знают только понаслышке, а то и вовсе не имеют представления. И тем не менее привычка с апломбом рассуждать и спорить о малоизвестном и даже совсем неизвестном у некоторых укоренилась довольно глубоко.

Человек, являющийся специалистом в какой-то области, обычно критически оценивает свои познания, хотя изучению этой области он, возможно, посвятил всю свою жизнь. Грешит самоуверенностью и претензией на широкие знания, как правило тот, чьи представления как раз поверхностны и неглубоки. Как с иронией заметил кто-то, профессор медицины знает о болезнях кое-что, врач – многое, а фельдшер – все. Отсутствие основательных знаний часто идёт рука об руку с привычкой подходить ко всему с готовыми мерками и определениями, на каждый вопрос иметь готовый ответ.

8. В споре нужно стремиться к выяснению истины и добра – это одно из наиболее важных, если не самое важное требование к спору.

Принципиальное значение этого требования впервые подчеркнул, пожалуй, Сократ, остро полемизировавший с софистами. Последние, как известно, ставили своей целью выдавать слабое за сильное, а сильное – за слабое, совершенно не заботясь о том, как все обстоит на самом деле.

«По их мнению, – говорил Сократ, – тому, кто собирается стать хорошим оратором, совершенно излишне иметь истинное представление о справедливых и хороших делах или людях, справедливых или хороших по природе либо по воспитанию». Результат такой позиции прискорбен: «В судах решительно никому нет никакого дела до истины, важна только убедительность, – констатирует Сократ. – А она состоит в правдоподобии, на чем и должен сосредоточить своё внимание тот, кто хочет произнести искусную речь. Иной раз в защитительной и обвинительной речи даже следует умолчать о том, что было в действительности, если это неправдоподобно, и говорить только о правдоподобном: оратор изо всех сил должен гнаться за правдоподобием, зачастую распрощавшись с истиной».

Итак, в споре нужно бороться не за утверждение собственного мнения, а за установление истины и добра.

Это особенно важно, когда речь идёт о ростках нового, не встречавшегося ранее и ещё не нашедшего достаточного числа сторонников. Новая идея возникает, когда кто-нибудь открывает новую комбинацию, новую модификацию или новое применение уже существующих идей. Объекты, люди или идеи соединяются так, как никогда раньше не соединялись. В момент выдвижения идеи человек обычно не может последовательно доказать её жизнеспособность. Обоснование приходит потом. Именно поэтому новые идеи так хрупки. Их легко отвергнуть и отодвинуть в сторону до лучших времён. Новое пробьёт себе в конце концов дорогу, но время, которое будет упущено, нельзя будет ничем возместить.

Споры, с особой остротой разворачивающиеся вокруг новых идей, должны вестись с предельным вниманием к самим этим идеям, отвлекаясь от всяких привходящих обстоятельств. Истинна выдвинутая идея или нет, продуктивно ли внесённое предложение и в какой мере – вот что должно в первую очередь заботить спорящих, а не то, кому первому пришла в голову идея, насколько она согласуется с нашими убеждениями и положением и т.д.

Нередко для дискредитации новой идеи в спорах используются специальные фразы: «Вы на ложном пути», «Что вы можете знать об этом», «Не понимаю, чего вы добиваетесь», «А какое вам до этого дело?», «А кто вас просил?», «Будьте благоразумны», «Вы что, смеётесь?», «Вы чудак или сумасшедший?» и т.д. – все подобного рода реакции на новое не вполне корректны: они переводят разговор с того, истинна идея или нет, на обсуждение достоинств и недостатков выдвинувшего её человека.

«А кто будет этим заниматься?», «Это не окупится», «Мы уже пробовали это», «Замечательно – но…», «Окружающие не доросли до этого», «Это не вписывается в нашу деятельность», «Наверху это не понравится», «У нас и без этого забот хватает», «Кому это нужно?», «Это противоречит всему нашему опыту», «Подождём немного», «Мы не можем себе этого позволить», «Нам никогда не разрешат этого», «Десять лет назад мы уже пытались пробить это», «Над нами будут смеяться» и т.д. – с помощью таких оборотов полемика может переводиться с существа дела на привходящие обстоятельства. Они тоже могут быть и интересны и важны, но начинать надо не с них.

«А что в этом нового?», «Это не выдерживает критики», «Слишком рискованно», «Кто-нибудь, наверное, уже пробовал сделать это», «Я уже думал об этом в прошлом году, но ничего не вышло», «Это не ново» и т.д. – такие реакции только кажутся относящимися к делу. По существу это попытки сразу же отмахнуться от новой идеи, не обсуждая её всерьёз. В теории аргументации это – типичная ошибка «подмены тезиса».

9. В споре нужно проявлять гибкость.

Ситуация в споре постоянно меняется. Вводятся новые аргументы, всплывают неизвестные ранее факты, меняются позиции участников – на все это приходится реагировать. Но гибкость тактики спора вовсе не предполагает резкой смены позиции с каждым новым моментом.

Вступив в спор и уяснив своё отношение к обсуждаемому предмету, надо твёрдо стоять на занятой позиции, стараясь сделать её как можно более определённой и ясной. Иносказания, гипотезы, отсутствие прямых ответов – все это размывает границы позиции, делая спор уклончивым, а то и просто малосодержательным. Временами и уклончивость хороша, но только временами. Правилом должна стать чёткая, недвусмысленно выраженная позиция.

Наиболее распространены два крайних способа ведения спора: уступчивость и жёсткость. Более эффективен однако способ не жёсткий и не уступчивый, а скорее соединяющий в себе особенности и того и другого. Там, где это возможно, нужно искать точки соприкосновения и совпадения взглядов, а там, где последние вступают в противоречие, настаивать на решении, основанном на беспристрастных критериях, не зависящих от спорящих сторон. Жёсткость необходима, когда речь идёт о существе вопроса; если же дело касается деталей, частностей, личностных моментов, субъективных симпатий и антипатий, обычно лучше проявить уступчивость и терпимость. Это позволит решать сложные спорные вопросы по существу, минуя препирательства и вместе с тем не поступаясь своими взглядами и своим достоинством.

10. Не следует допускать крупных промахов в стратегии и тактике спора.

Само собой понятно, что спор призван, если не разрешить, то по меньшей мере прояснить обсуждаемую проблему. И тем не менее случается, что дискуссия и полемика приводят как раз к противоположному результату. Первоначальные сравнительно чёткие представления в ходе спора постепенно расплываются, и к концу его от исходной ясности и казавшихся убедительными аргументов мало что остаётся. Чаще всего причиной этого является сложность обсуждаемого предмета. Столкновение разных представлений о нем обнажает их частичность и неполноту. Проясняющая функция спора парадоксальным образом выливается в свою противоположность: то, что было относительно ясным до спора, становится туманным и тёмным после него.

Хуже, когда спор кончается туманом из-за неумения спорить, в силу очевидных промахов в стратегии и тактике спора. Стратегия – это наиболее общие принципы аргументации, приведения одних высказываний для обоснования и подкрепления других. Тактика – поиск и отбор аргументов или доводов, наиболее убедительных с точки зрения обсуждаемой темы и данной аудитории, а также реакции на контраргументы другой стороны в процессе спора. Решение стратегической задачи спора предполагает соблюдение указанных выше требований. Они просты в своей общей формулировке, но нередко сложны в конкретном применении.

11. Не следует бояться признавать в ходе спора свои ошибки.

Главное в споре – это внести свою долю в положительную разработку обсуждаемого вопроса. Человек, убедившийся в неверности каких-то своих представлений, должен сказать об этом с полной откровенностью и определённостью, чтобы сделать спор более плодотворным. Нужно быть терпимым к критике и не бояться того, что кто-то укажет нам на ошибки. В споре, когда критические замечания высказываются в лицо, это особенно важно.

«Не бойся исправлять свои ошибки», – говорил Конфуций. Этот совет имеет прямое отношение к спору.

В 20-е годы в Математическом клубе в Гёттингене с докладом должен был выступить молодой американский математик Н.Винер. Значение, которое он придавал своему докладу, отражается тем фактом, что много лет спустя он посвятил этому более двенадцати страниц автобиографии. За ужином после доклада известный математик Д.Гильберт сказал:

– Доклады, с которыми выступают в наши дни, намного хуже, чем это было раньше.

Винер приготовился выслушать комплимент.

– Сегодняшний доклад, – заключил Гильберт, – был самым плохим из всех, когда-либо слышанных здесь.

Несмотря на этот отзыв (он не будет упомянут в автобиографии), Гильберт всегда оставался для Винера идеалом математика.

Впрочем, и сам Гильберт был терпим к критике и не стеснялся самокритики. Готовясь к своим лекциям только в самых общих чертах, он, случалось, терпел фиаско. Иногда он не мог провести или неправильно проводил детали доказательств. Студенты начинали волноваться, лекция прерывалась. Если попытка спасти положение не удавалась, Гильберт пожимал плечами и самокритично замечал: «Да, мне надо было лучше подготовиться», – и распускал слушателей.

Человек, упорствующий в своём заблуждении, выглядит иногда смешно.

5. Победа в споре

Вопрос «Можно ли одержать верх в споре?» кажется по меньшей мере странным. Тем не менее есть люди, которые всерьёз убеждены, что это невозможно. «Если вы спорите и возражаете, вы иногда можете добиться победы, но это будет бесполезная победа, потому что вы никогда не добьётесь этим хорошего отношения к вам со стороны вашего противника». Эти слова принадлежат американскому учёному и дипломату Б.Франклину.

Американский президент А.Линкольн однажды отчитал молодого офицера за то, что тот вступил в жаркий спор со своим сослуживцем. «Ни один человек, который решил действительно преуспеть в жизни, – внушал Линкольн, – не должен тратить время на лишние споры, не говоря уже о том, что он не должен позволять себе выходить из себя и терять самообладание. Уступайте в крупных вопросах, если чувствуете, что и вы, и ваш собеседник по-своему правы, и уступайте в более мелких вещах, даже наверняка зная, что правы только вы. Лучше уступить дорогу собаке, чем допустить, чтобы она укусила вас. Даже убийство собаки не вылечит укуса…»

На чем основывается этот совет всячески избегать споров? Действительно ли победа в споре, если даже она достигается, оказывается бесполезной? Против спора обычно приводятся два довода. Человека, убеждённого в своей правоте, активно отстаивающего свою точку зрения, практически невозможно переубедить. Именно поэтому споры чаще всего заканчиваются тем, что спорящие остаются ещё более уверенными в своей правоте. И потом, если спор все-таки завершается победой одного из участников, другой – проигравший – непременно испытывает чувство горечи от поражения. Он может даже изменить своё отношение к партнёру по спору.

Очевидно, что оба эти довода неубедительны. Неверно, что человека нельзя переубедить в споре. Многое зависит от манеры спора и приводимых аргументов. Если бы споры не вели к изменению позиций сторон, было бы непонятно, под влиянием чего меняются убеждения людей. Ссылка на обязательную, якобы, обиду побеждённого в споре тоже легковесна. Неудача в споре действительно может показаться обидной. Но если человек осознал, что был неправ, он не станет сетовать на горькое лекарство. Что было бы действительно обидно, так это лишиться спора как одного из эффективных путей устранения ошибок и недоразумений.

Все это очевидно. Тот, кто высказывается против споров, скорее всего, недостаточно ясно выражает свою мысль, и, говоря об одном, имеет в виду совсем другое. Пожелание или требование избегать всяких споров и постоянно стремиться к примирению неоправданно, да и просто неосуществимо. Спор объективен и необходим в том смысле, что он является одной из неотъемлемых особенностей общения людей и достижения ими взаимопонимания. Нужно, однако, не упускать из виду и другую сторону вопроса.

Спор – не единственное средство обеспечения понимания людьми друг друга. Он даже не главное такое средство. Неприемлем спор ради спора, с целью доказательства абстрактной правоты и посрамления противника. Главная задача спора – не сама по себе победа над противной стороной, а решение некоторой конкретной проблемы, лучше всего – обоюдоприемлемое её решение.

Спор – сложное явление. Он не сводится к столкновению двух несовместимых убеждений. Протекая всегда в определённом контексте, он затрагивает такие черты характера человека, как достоинство, самолюбие, гордость и т.д. Манера спора, его острота, уступки спорящих сторон, используемые ими средства определяются не только соображениями, связанными с разрешением конкретной проблемы, но и всем тем контекстом, в котором она встала. Можно достичь формальной победы в споре, настоять на правоте или целесообразности своего подхода и одновременно проиграть в чем-то ином, но не менее важном. Мы не сумели изменить позицию оппонента в споре, не добились его понимания, обидели его, оттолкнули от взаимодействия и взаимопомощи в решении проблемы, вызвавшей спор, – эти побочные следствия спора могут существенно ослабить эффект победы в нем или даже вообще свести его на нет.

Понятие спора. Структура и виды споров. Требования культуры спора

Спор — всякое столкновение мнений, разногласие в точках зрения по какому-либо вопросу, предмету, борьба, при которой каждая из сторон отстаивает свою правоту.

В современной научной, методической, справочной литературе слово спор служит для обозначения процесса обмена противоположными мнениями. Однако единого определения данного понятия нет. Очевидно, что спор является одним из основных видов речевой коммуникации. С его помощью достигается более глубокое понимание того предмета, по поводу которого происходит общение, более четко обозначаются позиции людей, которые участвуют в данном коммуникативном процессе; кроме того, спор является эффективным средством выработки оптимального решения тех или иных вопросов. В конце концов, спор вносит разнообразие в общение людей, украшает речевые коммуникации, делая их живыми и запоминающимися.

Мы будем понимать под спором всякое столкновение мнений, разногласие в точках зрения по какому-либо вопросу, предмету, борьба, при которой каждая из сторон отстаивает свою правоту.

Почему спор – такое частое явление в нашей жизни? Древнегреческий ученый Протагор говорил: «О каждой вещи, о каждом предмете есть, по крайней мере, два мнения». А ученик Протагора, имя которого нам, к сожалению, неизвестно, отмечал: «Если бы кто-нибудь приказал всем людям снести в одно место все безобразное, что каждый считает таковым, и опять из этой кучи взять прекрасное, что каждый признает таковым, то на этом месте ничего не останется, ибо каждый думает по-разному».

Смотрите так же:  Как выписаться из квартиры россия

Русское слово спор или его старинная форма сопор происходит от древнерусского глагола переть, т.е. «нажимать, соперничать, пробиваться силой, встречая сопротивление своей позиции, препираться». От этого же глагола слово опираться. Заметим, что достижение результата через преодоление сопротивления, препятствия несет в себе и позитивное начало. Недаром считается, что знания, полученные путем проблемного обучения, т.е. преодоления специально предлагаемых препятствий (проблем), крепче, чем знания, достигнутые обычным путем. Об этом же — известный афоризм Стендаля: «Опираться можно только на то, что оказывает сопротивление».

В античные времена спор в целях поиска истины назывался диалектикой. Именно такой вид спора проповедовал греческий философ Сократ, а затем его ученики — Платон и Ксенофонт. Сократ известен своими «сократическими беседами», в которых его ученики на пути к знаниям должны были решать предложенные учителем проблемы.

В античности зародилась и софистика — стремление добиться победы в споре путем преднамеренного использования ложных доводов, так называемых софизмов, замаскированных внешней формальной правильностью. К таким приемам прибегали софисты (от греч. sophistes — мастера, «мнимые учителя мудрости»). Дело в том, что софисты считали истину относительной: сколько людей — столько истин. Главное — доказать, что ты прав, и опровергнуть мнение оппонента.

Разновидностью софистики является эристика — это спор, победу в котором стремятся выиграть любой ценой, чаще всего апеллируя к эмоциям. Особое развитие эристика получила у немецкого философа А. Шопенгауэра в работе «Эристическая диалектика», который сводил спор к своего рода словесному фехтованию.

Спор рождается на довольно высоком уровне познания действительности. Для его возникновения необходимы три предварительных условия:

1) сформулирована и получила всеобщее признание важная проблема;

2) предложено хотя бы одно решение этой проблемы;

3) это решение имеет своих сторонников и противников.

В настоящее время слово спор, как правило, применимо для обозначения разногласий, возникающих в повседневном, бытовом общении. В публичной коммуникации используются термины дискуссия, полемика, диспут, дебаты, прения.

Дискуссия – это публичный спор, целью которого является выяснение и сопоставление разных точек зрения, поиск, выявление истинного мнения, нахождение правильного решения спорного вопроса. В переводе с латинского языка «дискуссия» означает исследование, рассмотрение, разбор. Дискуссия считается эффективным способом убеждения, так как ее участники сами приходят к тому или иному выводу. Цель дискуссии заключается в стремлении добиться истины путем сопоставления различных мнений.

Дискуссия это активный метод закрепления и углубления знаний, развития навыков творческого мышления и умения вести спор. В то же время дискуссия – весьма эффективный способ убеждения, основанный на самостоятельном освоении истины. Из психологии известно, что человек лучше всего воспринимает и запоминает то, к чему он пришел сам, что он сам открыл. Ромен Ролан писал: «Невозможно дискутировать с тем, кто не стремится искать истину, а считает, что она у него в кармане»

Павлов И.П. считал дискуссию одним из наиболее плодотворных средств в развитии науки. Формальным условием любой дискуссии является наличие какого-либо спорного или нерешенного вопроса. При отсутствии предмета спора или обсуждения дискуссия не возникает.

Полемика – это не просто спор, а такой при котором имеется конфронтация, противостояние, противоборство сторон, идей и речей. В переводе с древнегреческого «полемика» означает воинственный, враждебный. Исходя из этого, полемику можно определить как борьбу принципиально противоположных мнений по тому, или иному вопросу, публичный спор с целью защитить, отстоять свою точку зрения и опровергнуть мнение оппонента. Таким образом полемика отличается от дискуссии именно своей целевой направленностью. Если участники дискуссии сопоставляют противоречивые суждения, стараются прийти к единому мнению, найти общее решение, установить истину, то цель полемики иная: надо одержать победу над противником, отстоять и утвердить собственную позицию.

Спор-дискуссия или спор-полемика являются главным методом проведения таких форм группового диалога, как «круглые столы» или «мозговой штурм».

Диспут (от лат. disputare – «рассуждать») — публичный спор на научную или общественно важную тему. В наше время научный диспут чаще всего ведется на защите диссертаций, дипломных работ, на научных конференциях, на страницах периодических изданий.

Дебаты (от фр. debals – «спор, прения») и синоним — русское слово прения — спор, обмен мнениями по поводу высказанного в докладе, выступлении, заявлении, а также относительно какой-то нерешенной проблемы. Сегодня весьма активно развиваются парламентские дебаты, а также теледебаты между представителями различных партий, группировок по конкретному вопросу.

Существует множество разновидностей публичного спора, и в научной литературе сделаны попытки систематизировать их по разным основаниям.

Спор может быть сосредоточенный и бесформенный. Сосредоточенным спором является такой спор, когда спорящие все время имеют в виду спорный тезис, и все, что они говорят или приводят в доказательство, служит для того, чтобы защитить его или опровергнуть. Таким образом, спор происходит вокруг одной центральной мысли, одного стержня, не отходя от него и не отвлекаясь. Бесформенный спор не имеет такого порядка. Начинается он из-за какого-нибудь одного тезиса, затем в ходе аргументационной деятельности спорящие хватаются за какие-то доказательства или частные мысли и начинают спорить уже из-за них, забыв об исходном положении. К концу бесформенного спора спорящие иногда с трудом могут вспомнить, из-за чего все, собственно, началось. Поэтому при проведении дискуссий, при обсуждении серьезных вопросов важно уметь организовать спор сосредоточенный, по известному плану, хотя сосредоточенный спор может вестись и беспорядочно. Бесформенный спор всегда беспорядочен.

Спор можно вести в форме диалога, когда участвуют два лица (простой спор, спор-диалог), и в форме, когда участников больше (сложный спор, спор-полилог). В последнем случае спор может быть массовым, когда все участники дискутируют друг с другом, или групповым, когда участники делятся на две или несколько групп со своими мнениями. Понятно, что подобный спор вести труднее в организационном отношении, зато он может быть результативнее благодаря столкновению взглядов множества участников.

Спор может происходить при слушателях и без слушателей. Иногда это обстоятельство оказывает решающее воздействие не только на характер спора, но и на его результаты. Поддержка аудитории или ее неодобрение важны для участников, поэтому в таких спорах наблюдается большее упорство во мнениях, большая горячность, большая склонность прибегать к уверткам и уловкам. В общественной жизни встречается и такой вид спора, как спор для слушателей. К нему прибегают в том случае, если участники спора пытаются не столько убедить друг друга, сколько убедить слушателей или произвести на них то или иное впечатление. Такой вид спора является широко распространенным способом проведения, например, предвыборной агитации: в ход идут иные аргументы, иные формы оценки, иная “риторика”, чем если бы это был обычный производственный спор.

На процесс спора накладывает свой отпечаток и форма ведения борьбы мнений. Споры могут быть устными и письменными (печатными). Устная форма предполагает непосредственное общение конкретных лиц друг с другом, письменная (печатная) форма — опосредованное общение. Устные споры, как правило, ограничены во времени и замкнуты в пространстве: они ведутся на занятиях, конференциях, заседаниях, различного рода мероприятиях и т.д. Письменные (печатные) формы более продолжительны во времени, чем устные, так как связь между полемизирующими сторонами опосредованная. В устном споре, особенно если он ведется при слушателях, важную роль играют внешние и психологические моменты. Большое значение имеет манера уверенно держаться, быстрота реакции, живость мышления, остроумие. Робкий, застенчивый человек обычно проигрывает по сравнению с самоуверенным противником. Поэтому письменный спор бывает более пригоден для выяснения истины, чем устный. Однако у него есть свои недостатки. Он иногда тянется слишком долго, в течение нескольких лет. Читатели, да и сами участники спора, успевают забыть отдельные положения и выводы, не имеют возможности восстановить их в памяти. Иногда спор ведется на страницах нескольких различных изданий, отчего трудно следить за его ходом.

Деловой спор может принести желаемую пользу только в том случае, если соблюдается культура спора, если он не превращается в «спор ради спора» или «спор о словах», когда ломаются копья вокруг терминов и понятий, которые оппоненты наполняют разным содержанием. Споры являются желательным способом общения, если они носят конструктивный, творческий характер, ведут к нахождению истины, полезной делу, и не наносят эмоциональных травм ее участникам, как в ироническом афоризме: «в спорах рождаются истины, но умирают Сократы».

Требования культуры спора

Вступающий в спор должен помнить некоторые рекомендации — советы по ведению спора.

  • Твердо знать цель спора. Все, что мы говорим (или пишем) в споре, должно служить главным образом трем целям: подтверждению своих мыслей, опровержению мыслей противника и осведомлению.
  • Хорошо знать предмет спора. Часто это условие не выполняется, и люди спорят по вопросам, в которых мало разбираются. Вот почему так трудны споры по сложным государственным, общественным вопросам. Чем важнее вопрос, тем он обычно сложнее, требует больших знаний и большей способности к сложным размышлениям и выводам. Недаром говорится: самое трудное в споре — не столько защищать свою точку зрения, сколько иметь о ней четкое представление.
  • Уметь выслушать аргументы противника и стараться понять их, не перебивая: человека нельзя переубедить, заставив его замолчать. По словам известного создателя автомобильного концерна Генри Форда, секрет его успеха заключался в умении понять точку зрения другого человека и смотреть на вещи и с его, и со своей точки зрения.
  • Главные свои аргументы выражать кратко, метко и ярко, чтобы они были правильно поняты. В споре аргументируйте и контраргументируйте, опираясь на факты и логическое доказательство, но не чурайтесь эмоциональности, юмора. Однако пользуйтесь ими достаточно умеренно и обязательно к месту. Как заметил Андре Моруа, проявлять остроумие некстати — очень неостроумно.
  • Свою позицию излагать с достоинством. Не бойтесь ударов, даже поражения в споре. В споре нельзя быть чересчур «скромным». Нельзя вбирать голову в плечи, отводить глаза или возражать с «извиняющимся» выражением лица. В то же время, сколь бы острым ни был спор, сохраняйте выдержку и самообладание, не давайте втянуть себя в пустую словесную перепалку. Не теряйте самообладания, как бы ни старались вас «завести»: рассерженный человек теряет способность мыслить здраво, перестает слушать окружающих и только копит возражения. Бестактность, брань, оскорбительные реплики — не ваше оружие, они — признак слабости, отсутствия аргументов. Грубость и бестактность одного из оппонентов неизбежно восстановят против него другого: тот с еще большим ожесточением будет отстаивать собственное «я». Вместо корректировки взглядов и сближения позиций произойдет обратное: оппонент все упрямее будет стоять на своем. В шутку говорят: истина рождается в споре, но когда страсти кипят, истина испаряется.
  • Проявлять уважение к идеям, убеждениям, верованиям противника (если, конечно, они искренни). Надо стараться спорить, убеждать и опровергать, не оскорбляя чужих убеждений насмешками, резкими словами, издевательствами (особенно на людях), не опускаться до подтасовки фактов и «навешивания ярлыков». Уважение к чужим убеждениям — не только признак уважения к другой личности, но и признак широкого и развитого ума.
  • Избегать излишне категорических суждений, особенно на начальных этапах беседы, спора. Даже если вы на сто процентов уверены, что ваш собеседник не прав (например, в утверждении какого-либо факта), то не следует сразу же говорить ему об этом. Поймав противника на частной ошибке, можно польстить своему самолюбию, но задеть самолюбие противника (выиграете бой и проиграете войну). Лучше будет, если он почувствует ваше нежелание ставить его в тяжелое положение и оценит этот знак доброжелательности.
  • Задавать противнику такие вопросы, на которые он будет отвечать «да», т.е. заставлять противника с самого начала соглашаться с вами (так называемый метод, или секрет, Сократа). Психологи установили, что когда человек говорит «да», то он настраивается на восприятие чужого мнения. Когда же человек говорит «нет» (возражает), то он психологически и физиологически настраивается на то, чтобы сопротивляться. Поэтому дискуссию, беседу не стоит начинать с положений, заведомо неприемлемых для собеседника. Желательно найти точку соприкосновения и шаг за шагом заставлять противника соглашаться с вами (до тех пор, пока он не выскажет ваш тезис).
  • Стараться правильно оценивать аргументы противника, отличать хорошие (убедительные) аргументы от плохих (которые «ничего не доказывают»); вскрывать в его высказываниях противоречивые суждения; видеть предвзятость и односторонность подхода, нарушение логических законов; показывать бездоказательность суждений, доводов, взятых «с потолка»; выявлять искажения в интерпретации мнений других участников дискуссии; указывать на случаи нарушения причинно-следственных связей и т. д.
  • Избегать двух крайностей:
  • 1) не упорствовать, «спасая честь мундира», если аргумент противника истинен или доказателен; лучше признать ошибку, чтобы потом не платить за нее дорогую цену;

    2) не соглашаться слишком быстро с аргументами, которые кажутся истинными. Успех спора зависит от умения «охватывать весь спор», держать в памяти общую картину данного спора.

    1. Изучать правила логики, ибо их знание помогает находить ошибки, противоречия в речах противника и убеждать его в том, что он рассуждает неправильно. Не следует применять нечестные приемы в споре, но важно уметь распознавать нечестные приемы у оппонентов.
    2. Структура спора

      Участниками публичного спора являются пропонент, оппонент и аудитория.

      Пропонент – тот, кто выдвигает и отстаивает некоторый тезис – должен позаботиться о том, чтобы обеспечить максимально возможную степень его обоснованности. Без пропонента нет аргументативного процесса, поскольку спорные вопросы не возникают сами по себе, они должны быть кем-то сформулированы и поставлены на обсуждение. Пропонент может выражать свою личную позицию либо представлять коллективное мнение — научной школы, партии, религиозного сообщества, трудового коллектива, обвинения.

      Оппонент – это тот, кто оспаривает тезис. Если оппонент заранее ознакомлен с содержанием тезиса или с темой предстоящего обсуждения, ему можно рекомендовать заранее продумать слабые места тезиса и подобрать опровергающие доводы (контраргументы) или сосредоточить свое внимание на проблемных пунктах темы обсуждения и по возможности выработать проекты решения проблемных ситуаций. Оппонент — это не всегда явный и персонифицированный участник обсуждения. Бывают выступления, когда присутствующие не возражают пропоненту, однако в аудитории находится неявный оппонент, который впоследствии может выступить с возражениями. Пропонент может также «изобрести» себе оппонента, рассуждая по принципу: «Нам никто сейчас не возражает, но могут так-то и так-то возразить». Затем начинается разбор «возражений» мнимого оппонента. Позиция в спорах не такая уж частая, но продуктивная.

      Аудитория — это третий, коллективный субъект спора, поскольку как пропонент, так и оппонент видят главную цель обсуждения не только и не столько в переубеждении друг друга, сколько в завоевании на свою сторону аудитории. Тем самым аудитория — это не пассивная масса, а имеющий свое лицо, свои взгляды и свои коллективные убеждения социум, выступающий основным объектом аргументативного воздействия.

      Классическую структуру спора в упрощенном виде можно представить следующим образом:

      — выдвижение и защита какой-либо мысли (тезиса) пропонентом;

      — попытка опровергнуть тезис и аргументацию, выдвинутые оппонентом (несогласным с позицией пропонента);

      — возможное выступление пропонента с целью развить первоначальные доводы и показать несостоятельность аргументации противника;

      — возможное повторное выступление оппонента и т. д.

      Пропонент, выдвинув тезис, аргументирует его по известным правилам доказательства. Оппонент обычно пользуется логической операцией опровержения.

      Конечной целью спора могут быть следующие результаты:

    3. Победа одного участника спора и поражение другого.
    4. Спор не дал результатов: стороны «остались при своем».
    5. Стороны пришли к общему решению путем сопоставления позиций.
    6. Стороны разошлись еще большими противниками: результатом спора стало обострение разногласий.
    7. Стороны пришли к примирению путем взаимных уступок.
    8. Спор помог выявить позиции сторон, не приводя их к примирению.
    9. Спор привел к дискредитации оппонента, для чего и был затеян.

    Не всякий вступающий в спор стремится к установлению истины и познанию. В словесных баталиях (особенно политических дискуссиях) участники зачастую проявляют нетерпимость к иному мнению и к личностям оппонентов. Конечно, спору как критическому диалогу всегда свойственна определенная степень остроты и эмоциональности. Но деловой спор не должен переходить в перебранку, обмен колкостями. Он также не должен превращаться в «диалог глухих», когда каждая сторона вместо того чтобы слушать оппонента, копит возражения против него, прикидывает, как бы побольнее ударить. Еще мудрый Плутарх говорил: «Научись слушать и ты сможешь извлечь пользу даже из тех, кто говорит плохо».

    Вот почему наряду с овладением искусством правильно мыслить и говорить на публике необходимо обучаться также умению слушать, воспринимать и извлекать пользу из речи любого собеседника.

    13.06.2016, 10036 просмотров.

    Оставьте комментарий